Глава Тридцатая. Ханаан (Обещанного сорок лет ждут)
Наутро, никто не стал искать Моисея, кроме одного человека — кажется, его звали Иисус Навин. Он считался кем-то вроде местного полководца, после того, как под его руководством была одержана славная победа над кучкой кочевников-Амаликитян (но за финиками он все-таки не углядел).
- Господи, к Тебе обращаюсь я. Где Пророк наш, Моисей? С ним что-то случилось?
- С ним не случилось абсолютно ничего плохого. Я показал ему Ханаан. А после этого он умер. От восторга. Ханаан и правда очень живописное место, а у старика было слабое сердце.
- А где же тело его? Мы должны достойно оплакать нашего Пророка.
- Не стоит утруждать себя, Иисус Навин. Я уже позаботился о достойном погребении. Поверь, любой из вас позавидовал бы таким роскошным похоронам. Его оплакивали Ангелы Небесные, безутешные Херувимы несли на красных бархатных подушечках его Заслуги, и даже я, каюсь, пустил слезу-другую.
- А что насчет Земли Обетованной? — Навин запнулся, подбирая слова, - Могут ли ее увидеть и другие? И, по возможности, не умереть.
- Завтра я поведу вас туда. Это совсем близко. Мы пересечем небольшую долину и обмелевшую реку, и вот уже мы в Ханаане.
Тем же днем, я громогласно объявил, что Иисус Навин отныне — предводитель всего народа Израиля. Впрочем, он и без моей помощи легко узурпировал бы этот пост, так что это была скорее пустая формальность.
Мы выдвинулись в путь, и через несколько дней оказались в плодородных и изобильных землях. Собственно, мы все последние сорок лет были в нескольких днях пути от них. Был лишь один крошечный неприятный нюанс. В тех землях уже кто-то жил. Мои карты, похоже, сильно устарели. На них эта земля была незаселенной. Мы же увидели ухоженные поля, террасы из виноградников и оливковых деревьев, а еще — вдалеке — огромные стены города-крепости. Я не знаю его названия, ведь на моих картах его попросту нет. Подумать только, с тех пор люди и гигантские навозные жуки успели построить целые мегаполисы.
Я приступил к разработке Плана Б. Сейчас я скажу своему драгоценному народу, что передумал дарить им эту — недостаточно хорошую для таких замечательных людей — землю, и мы еще немного прогуляемся. Совсем чуть-чуть. Они даже не успеют устать. И пейзажи вокруг будут живописней некуда.
Возможно, если мы будем идти вдоль этой плодородной земли, то наткнемся на место, которое еще никем не занято.
А что еще я мог им предложить? Но тут к моему шатру подошел наш новый предводитель.
- Господь мой! Спасибо тебе за дарованную нам землю! Должен сказать, что...