Глава Вторая.
* * *
«КТО СПАЛ В МОЕЙ ПОСТЕЛЬКЕ?»
Думается, я не погрешу против истины, если скажу, что большинство четырнадцатилеток с криминальным стажем «Толстяка Фрэнки» обходили бы за версту. Каждое утро в кафешку набивались десятки полицейских - по-быстрому умять завтрак перед утренней сменой. Но за лето «Толстяк Фрэнки» стал любимым пристанищем Уны. Какие бы уж противозаконные дела она ни вела, вести их она предпочитала на публике. Она знала: бояться ей нечего. Завсегдатаям кафешки даже в голову прийти не могло, что элегантная девочка-подросток с кукольным личиком некогда промышляла подделкой документов и славилась на весь Чайнатаун. Уна уверяла, что любит «ходить по острию бритвы», но я всегда подозревала за ней слабость к полицейским.
Кафе оказалось битком набито. Пробираясь между столиков, я гадала, что на сей раз задумала Уна. Годом раньше она открыла эксклюзивный маникюрный салон «Золотой лотос»: туда толпой стекались богатые клиентки - освежить педикюр и посплетничать с подругами. Невежественные гордячки полагали, что работницы салона, молодые китаянки, по-английски вообще не разумеют. Но, молча подрезая кутикулы и подравнивая ногти, сотрудницы Уны тщательно записывали все разговоры. Уна составила себе небольшое состояние, торгуя светскими секретами и конфиденциальной информацией о курсах акций, но это не мешало ей активно искать все новые способы пополнить банковский счет.
Что именно Уна делала со своими деньгами, оставалось неразрешимой загадкой для всех нас. Грубовато прямолинейная, она не стеснялась сообщить во всеуслышание, что твой блеск для губ не идет к твоему цвету лица или что на лбу у тебя вот-вот вскочит здоровенный прыщ. Но при этом принципиально отказывалась обсуждать свою личную жизнь. И хотя мы были знакомы с ней не первый год, мы понятия не имели, где Уна живет и кто готовит ей завтрак. Моя первая и единственная попытка удовлетворить свое любопытство закончилась бурным выяснением отношений посреди Чайнатауна: Уна меня прищучила, когда я кралась за ней до дома, замаскировавшись под нетипично молоденькую мешочницу. В конце концов я пообещала оставить ее в покое. Я знала: в один прекрасный день тайное станет явным, а потерять подругу ради каких-то там секретов - оно того не стоит.