3.2

Что такое язык, Джон так и не смог понятно объяснить, даже когда вытащил из халата плоскую светящуюся штуку, которая говорила слова за него. Не выпытав из него ответов, Беляк перешел к теме куда более важной.

- Старец жив?

Джон, следящий, как Беляк поглощает паек для осеменителей с такой невероятной скоростью, что неизвестно, как не давится, вздохнул и ответил кивком.

- Где он? - спросил парень, не отвлекаясь от еды. Он оказался здоров, хоть и упал в обморок при сдаче крови, и его принялись кормить, чтобы были силы сделать детей тем толстым женщинам.

Мясникам нужно было толстое потомство. Больше говядинец - больше еды. За те несколько дней, что Беляк пробыл у них, он ни разу не выказал горя по случаю своего положения, даже когда Джон, стеная, объяснил ему, что осеменители все равно умирают. Если выбрался из загона - назад не вернут. Возвращают только женщин. Для выращивания потомства. Беляк кивал, слушая объяснения, но не чувствовал ничего. Он еще немного поживет. Он увидит Старца. Поэтому - какая разница?

- Где он? - с нажимом повторил Беляк. Еда кончилась, он принялся пить красную сладкую воду. Сок - этим словом назвал ее Мясник.

- Работает. В другом месте.

- Я его увижу? Он далеко? - Беляк вдруг похолодел.

- Недалеко. Но я не знаю, как тебя ему показать. Я сам его вижу лишь раз в пару месячных циклов, когда смену ставят на... рассолы.

Что такое рассолы, Беляк тоже не знал. Он многие слова Джона не понимал, но не расстраивался. Времени учиться было некогда. Когда он немного наберется сил, его уведут к женщинам. А потом, когда женщины кончатся, возьмут семя другими способами. А когда силы и семя у Беляка кончатся, он умрет. Так объяснил Джон в первый же день. Это Беляк понял. Понял, что у него мало времени и что его будут отвлекать размножением, но это единственный способ еще немного пожить. Джон был очень счастлив, узнав, что Беляка взяли не на консервы (слово тоже незнакомое), а на размножение. У Беляка будет время пожить. И поесть. Но Беляк хотел видеть Старца.

Прошло много лет, как он не видел учителя. Полжизни почти. И Старец жив! С этой мыслью неожиданно пришел новый вопрос:

- Если Старец жив, почему я умру? Оставьте меня тоже!