Глава 6.
Утро после. Свет, пробивавшийся сквозь щели ставней, был жидким, пепельным. Матео проснулся от знакомого, глубокого дискомфорта — не острой боли, а тяжелой, разлитой ломоты в тазу, внутреннего ощущения влажности и чуждой заполненности, которое теперь стало частью его утреннего ритуала. Он лежал на боку, спиной к Васко, и чувствовал через простыню тепло другого тела, слышал его ровное, глубокое дыхание. Между ними лежало расстояние в полметра, но воздух был общим, пропахшим кожей, потом, вином и сексом.
Он осторожно приподнялся, стараясь не скрипеть пружинами. Каждый мускул отзывался тупым эхом вчерашнего напряжения — и физического, и нервного. Он нашел свои штаны, натянул их, чувствуя, как грубая ткань раздражает чувствительную кожу внутренней стороны бедер. Вчерашняя исследовательская медлительность Васко оставила после себя не только психологические откровения, но и вполне физические следы: легкую ссадину на губе от поцелуя, синяки-отпечатки пальцев на бедрах, и это глубокое, смущающее напоминание внутри, которое заявляло о себе с каждым движением.
Он спустился в главную комнату. Пепел в камине был холодным. Он включил генератор на положенные два часа; механизм взревел где-то в сарае, и через мгновение тускло загорелась лампочка под потолком. Он взял бутылку воды, прислонился к косяку двери, глядя на серое, низкое небо над виноградниками. Воздух пах промозглой сыростью и дымом от печки соседней фермы.
Сверху послышались шаги. Васко спускался, уже одетый в темные брюки и простую футболку, натянутую на его массивный торс. Его темные кудри были мокрыми — он умывался ледяной водой из насоса. Он выглядел собранным, свежим, будто ночь не была для него пограничным состоянием, а лишь еще одним этапом работы. Его ярко-голубые глаза скользнули по Матео, оценивающе, но без вчерашней клинической отстраненности. Было что-то новое — тихое, невысказанное признание.
— Как себя чувствуешь? — спросил Васко, его голос был немного хриплым от сна.
— Живой, — коротко бросил Матео, отворачиваясь к окну. Ему было неловко от этой заботы, оттого что его уязвимость была так очевидна.
— Хорошо, — просто сказал Васко, как будто поставил галочку в чек-листе. Он сел за стол, достал свой спутниковый телефон, экран которого тут же осветил его резкие черты синим светом.