Первое Кровопускание.
────────────୨ৎ───────────
▄︻デ══━一 ⛧°.⋆Глава 11⋆.°⛧
Первое кровопускание
"Т/и"
────────────୨ৎ───────────
Гул за дверью стих, сменившись давящей тишиной комнаты. Я стояла у окна, пальцы бессознательно скользнули по гладкому прохладному стеклу, пытаясь стереть остаточное напряжение от утра. Отражение в темном стекле было бледным, глаза– слишком большими, слишком внимательными. Метка на шее под пластырем пульсировала слабой болью, напоминая о цене ошибки, о цене внимания. Ники за дверью был бомбой замедленного действия, его ярость– осязаемой угрозой. Сону... Сону был загадкой. Его молчаливое наблюдение за утренним кофе было опаснее криков Ники. Он видел. И это заставляло кожу покрываться мурашками.
Ключ повернулся в замке с мягким щелчком. Не Ники– слишком тихо. Дверь приоткрылась, и в проеме возник силуэт Хисын. Он вошел без стука, его присутствие заполнило пространство холодной, расчетливой энергией.
— Просыпайся, новобранец,– его голос был ровным, как лезвие.– Сегодня твой дебют.– Он бросил на кровать тонкую папку.— Цель. Информатор. Промок. Нужно закрыть рот навсегда. Навсегда и тихо. Поняла?
Я кивнула, подходя к папке. Фото. Адрес. Расписание. Обычный мужчина средних лет, ничего примечательного. Кроме того, что он знал что-то, чего не должен был. Первая кровь. Мысль пронеслась холодной волной по спине. Не страх– осознание. Точка невозврата.
— Партнер?– спросила я, уже зная ответ. Хисын усмехнулся, уголки губ приподнялись в едва уловимой, ледяной улыбке.
— Рики. Проверка лояльности. И совместимости.– Он сделал паузу, его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по моему лицу, будто ища трещины.— Не подведи. И не дай ему... увлечься. Он склонен к импульсивности.– Последние слова прозвучали с оттенком презрительного предупреждения. Он развернулся и вышел так же бесшумно, как и появился, оставив после себя ощущение стальной ловушки, захлопнувшейся.
Ники ждал у машины. Его осанка кричала о ярости, сжатой в кулак. Взгляд, брошенный на меня, был полон немой ненависти. Он не сказал ни слова, лишь резко ткнул пальцем на пассажирское сиденье. Молчание висело между нами густым, гнетущим туманом всю дорогу. Он вел агрессивно, рвано, будто пытался выместить на педалях газа всю свою злобу. Я смотрела в окно, анализируя маршрут по карте в голове, сверяя с его движениями. Уже тогда почувствовала неладное. Он слишком уж часто сворачивал не туда, выбирал заведомо более долгие или людные пути. Саботаж. Грубый, как он сам.