Осколки Контроля.
────────────୨ৎ───────────
▄︻デ══━一 ⛧°.⋆Глава 12⋆.°⛧
Осколки Контроля
"Ни-ки"
────────────୨ৎ───────────
Грохот все еще гудел в ушах, сливаясь с бешеным стуком сердца– тук-тук-тук, как пулемет, готовый разорвать грудную клетку изнутри. Но громче всего был звон. Высокий, пронзительный, как после взрыва гранаты. От этого ее выстрела. Выстрела, который прошел в сантиметре от моего виска. Я чувствовал свинцовый ветерок, горячий выхлоп пороха на щеке. И кровь. Чужая, липкая, запекшаяся каплей на скуле. Она горела, как клеймо позора.
Она выстрелила. Через меня. Мимо меня. Как будто я был воздухом. Мусором.
Ее лицо. Спокойное. Холодное. С этими проклятыми, всевидящими глазами, которые смотрели на меня теперь не с вызовом, не со страхом, а... с жалостью? С тем же презрительным равнодушием, с каким смотрят на назойливую муху перед тем, как прихлопнуть. И ее слова:
— Тормоз, Ник.– Тихие. Металлические. Как скрежет ножа по кости. Они вонзились глубже пули.
Все внутри сжалось в белый, раскаленный шар ярости. Такой всепоглощающей, что мир сузился до щели. Видел только ее. Ее гладкую кожу. Ее спокойное дыхание. Пластырь на шее– мою метку, которая теперь казалась жалким, никчемным пятном. Она должна была сломаться! Должна была бояться! Должна была УМЕРЕТЬ!
Рука сама рванулась к кобуре. Металл пистолета в ладони– единственное, что было твердым, реальным в этом качающемся мире. Вес оружия, привычный, успокаивающий. Наводка. Ствол прыгал перед ее лицом, отражаясь в этих огромных, спокойных глазах. Мои пальцы дрожали не от страха. От бешенства. От дикой, неконтролируемой потребности стереть это выражение с ее лица. Навсегда.
— ТЫ! ТЫ ЧЕРТОВКА!– мой собственный голос сорвался, завыл, как у раненого зверя. Горло рвало от крика.— Я ТЕБЯ УБЬЮ! СЕЙЧАС ЖЕ! Я...
— Цель добыта. Успокойся, Рики. Или ты профнепригоден?
Голос. Как ведро ледяной воды, выплеснутое в раскаленную печь. Сону. Он стоял в тени арки. Неподвижный. Как статуя из черного гранита. Его взгляд– не холодный, нет. Ледяной штык, вонзенный прямо мне в лоб. В нем не было гнева. Только оценка. Холодная, безжалостная оценка угрозы. И рядом– Джейк. Его дурацкая ухмылка исчезла, сменившись каменной маской профессионального убийцы. Его ствол смотрел не на нее, а на меня.
Меня.
— Брось ствол, мудила,– Джейк бросил слова, как камни.— Пока не заставили.