Обещание, Которое Нельзя Давать.
────────────୨ৎ───────────
▄︻デ══━一 ⛧°.⋆Глава 38⋆.°⛧
Обещание которое нельзя
давать
"Ни-ки"
────────────୨ৎ───────────
Возвращение из гаража было шумным и легким. Джейк все еще подкалывал Т/и за масляную полосу на щеке, а она отбивалась, смеясь, но я видел, как ее взгляд постоянно скользит по мне, быстрый, украдкой, и как она тут же отводит глаза, если я пытаюсь поймать ее. После утреннего разговора, после того, как я все понял про ее рану, между нами повисло что-то новое– хрупкое, нежное и пугающее одновременно. Как тончайший лед на луже, по которому мы оба боялись ступить, но не могли оторвать от него взгляд.
Эту легкость, как выяснилось, Хисын планировал использовать по максимуму. Мы не успели как следует перевести дух, как он собрал нас снова.
— Новая задача,– его голос был ровным, деловым.— Информатор. Склады на старом промзоне. Боится говорить по каналам связи. Нужно встретиться, забрать данные лично. Прямой контакт. Команда: я, Джей, Сонхун. Прикрытие: Ники, Призрак. Наблюдение и чистое поле. Никаких ошибок.
"Призрак"– ее позывной. Он прозвучал как удар хлыста, возвращая к реальности. К нашей реальности, где мы не просто двое людей с внезапно вспыхнувшим между ними чем-то, а часть механизма. Где у нее есть роль, и у меня– своя.
Мы выдвинулись на двух машинах. Наша– та, что поменьше и понезаметнее,– заняла позицию на крыше заброшенного цеха напротив указанных складов. Вид открывался идеальный: все подъезды, крыша целевого здания, темные проулки между корпусами. Прохладный ночной ветер гулял по пустынной промзоне, гоняя по асфальту бумажки и пыль.
Я разложил "Кошку"– свою снайперскую винтовку, холодную, привычную, надежную. Проверил связь. Т/и пристроилась рядом, устроившись со своим биноклем и прибором ночного видения. Наше плечо касалось плеча. Через тонкую ткань наших курток я чувствовал ее тепло. Оно отвлекало. Сводило с ума.
В наушниках раздавались спокойные, четкие доклады Хисына, Джейя и Сонхуна. Они уже внутри. Идут на встречу. Все чисто.
Тишина накрыла нас с головой. Была только она, я, звезды над головой и далекие огни города. И это нависшее между нами невысказанное что-то.
И тут ее голос, тихий, почти шепот, прозвучал так громко, будто она кричала:
— Страшно иногда?
Я вздрогнул, оторвав глаз от прицела.
— Чего?– мой голос прозвучал грубовато, отрывисто, как всегда, когда я пытаюсь скрыть смятение.
— Что все рухнет. Что мы… разбежимся.