Глава 1
1 Глава
Дождь шёл с рассвета. Монотонный, холодный, он превращал улицы в мутные зеркала, где отражались лишь тусклые огни редких фонарей и размытые силуэты прохожих. Небо нависло низко, будто придавило город к земле — ни просвета, ни надежды на солнце. В такой день даже время будто замедляется, а мысли становятся тягучими, как мокрый асфальт под ногами.
Аделина сидела у окна в своей комнате. Её тонкие пальцы безвольно сжимали край старого пледа, который когда‑то согревал её по вечерам рядом с мамой. Теперь он хранил только запах пыли и забытых снов.
Ей было двадцать три, но в эти минуты она чувствовала себя ребёнком — тем самым тринадцатилетним подростком, который в один день потерял всё.
Её глаза — глубокие, голубые, как озёра в осеннем лесу — были полны слёз. Не горячих, рвущихся наружу, а тихих, застывших, словно лёд на поверхности воды. Они не текли — они копились внутри, придавая взгляду особую, почти неземную печаль. В этих глазах можно было увидеть не только боль утраты, но и вечный вопрос: «Почему? Почему именно она?»
Мама ушла внезапно. Инсульт. Ни предупреждений, ни шансов. Папа, всегда сильный, молчаливый, не выдержал. Сначала он замкнулся в себе, потом начал пропадать — сначала на работе, потом в барах, потом просто где‑то. Он не кричал, не обвинял мир, не плакал. Он просто... исчез. Не физически — он всё ещё жил в этом доме, — но душа его ушла вслед за женой.
Аделина помнила, как в первые месяцы после похорон она ждала его у двери, прислушивалась к шагам на лестнице, надеялась, что он войдёт, обнимет её и скажет: «Всё будет хорошо». Но он никогда этого не говорил. Он лишь смотрел на неё так, будто видел призрак той, кого больше нет.
За окном дождь усилился. Капли стучали по стеклу, как чьи‑то неслышные слова — то ли утешение, то ли напоминание: «Ты одна. Ты всегда будешь одна».
Она медленно подняла руку и прикоснулась к холодному стеклу. Её отражение в нём было размытым, как и её жизнь. Только глаза оставались чёткими — голубые, плачущие, скучающие по маме.