32 Глава
Следующие сутки превратились в сплошную череду действий — чётких, выверенных, почти механических. Каждый шаг был просчитан, каждое слово взвешено.
Ночь первая: работа без сна
Аделина и Кай разделили задачи. Она взялась за юридическую сторону: перечитывала документы, сверяла даты, искала слабые места в аргументации противника. На столе выросли стопки бумаг, экран ноутбука светился в полумраке.
Кай координировал команду: звонки в разные часовые пояса, короткие совещания в зашифрованных чатах, проверка каналов связи. Он почти не отходил от телефона, лишь изредка бросая взгляд на Аделину — чтобы убедиться: она держится.
В три часа ночи она наконец отложила ручку, потянулась, размяла шею.
— Есть прорыв, — сказала тихо, но уверенно. — Смотри: вот здесь, в договоре от марта, формулировка двусмысленная. Мы можем оспорить легитимность передачи активов.
Кай подошёл, склонился над документами. Его пальцы слегка коснулись её руки — мимолётно, но этого хватило, чтобы она снова почувствовала: они не одни.
— Отлично, — кивнул он. — Подготовь меморандум. Утром разошлём всем ключевым лицам.
Утро второго дня: удар по слабым точкам
На рассвете они уже сидели в конференц‑зале с узким кругом доверенных лиц. Аделина раздала распечатки, коротко обрисовала стратегию:
— Мы не ждём их следующего шага. Мы делаем свой. Первым делом — публичное заявление о проверке всех сделок за последний год. Вторым — запрос в регуляторные органы о внеплановой аудиторской проверке. Третьим — блокировка всех подозрительных транзакций.
Юрист поднял бровь:
— Это вызовет шум.
— Именно это нам и нужно, — ответила Аделина. — Пусть знают: мы не прячемся. Мы атакуем.
Кай добавил:
— И ещё: запускаем дезинформацию. Пусть думают, что у нас есть доказательства против конкретного лица. Это заставит их нервничать. А когда они нервничают — ошибаются.
Полдень: первая реакция противника
Через три часа после рассылки документов телефон Аделины завибрировал. Номер скрытый.
Она ответила, включив запись:
— Слушаю.
Голос в трубке был низким, нарочито спокойным:
— Вы играете с огнём. Остановитесь, пока не поздно.
Аделина даже не поменяла интонацию:
— А вы?
Пауза. Затем:
— Вы не понимаете, с кем связались.
— Понимаю. С теми, кто боится потерять всё из‑за собственной жадности.
Она отключилась, не дожидаясь ответа.
Кай, стоявший рядом, усмехнулся:
— Ну вот. Они уже в панике.
— Не в панике, — поправила Аделина. — В замешательстве. А это значит — мы на верном пути.
Вечер: решающий ход