40 Глава
Кай вышел из кабинета Аделины, и ледяная ярость, сжавшая грудь, наконец нашла выход. Он достал телефон, набрал Марка — голос ровный, почти безжизненный:
— Приведи его. В подвал. И никого больше.
Через десять минут Марк ввёл мужчину в подвальное помещение — тусклый свет, бетонные стены, запах сырости. Пленник едва держался на ногах: рука в окровавленных бинтах, лицо бледное от боли и страха.
Кай стоял у стены, разглядывая его с холодным интересом.
— Это ты назвал мою жену «бабой»? — спросил он тихо, шагнув ближе.
Мужчина попытался отступить, но за спиной уже был Марк.
— Я... не знал... — пролепетал он.
— Не знал? — Кай усмехнулся. — Ты зашёл на мою территорию. Увидел женщину за моим столом — и решил, что можешь унижать её?
— Я извинюсь... я всё исправлю...
— Исправишь? — Кай приблизился вплотную, схватил его за ворот. — Ты не исправишь. Потому что ты сделал выбор. Ты решил, что мои правила — не для тебя. Что моя жена — не заслуживает уважения.
Он отпустил его, отошёл на шаг, достал из кармана нож — тот самый, что Аделина использовала ранее.
— Ты помнишь, как она сказала: «на колени»? Ты отказался. Даже когда у тебя был шанс.
Мужчина упал на пол, дрожа:
— Пожалуйста...
— «Пожалуйста»? — Кай наклонился, глядя ему в глаза. — А когда она просила тебя проявить уважение — ты сказал «нет». Теперь твоя очередь просить. Но я не услышу.
Он резко схватил его за раненую руку, заставил вскрикнуть от боли.
— Ты думал, это игра? Думал, я буду разбираться, выяснять мотивы? Нет. Я обещал ей: если кто‑то посмеет — я убью. И я не бросаю слов на ветер.
Марк молча отступил к двери, оставив их вдвоём.
Кай прижал лезвие к шее мужчины:
— Последний вопрос: ты понял, кого оскорбил?
Тот всхлипнул, попытался кивнуть.
— Хорошо, — Кай выдохнул. — Тогда прощай.
Движение — быстрое, точное. Крик оборвался хрипом.
Тишина.
Кай вытер нож о его одежду, убрал в карман. Повернулся к Марку:
— Убери это. И чтобы ни следа.
— Будет сделано, — Марк кивнул, не задавая вопросов.
Кай поднялся наверх, остановился у двери кабинета Аделины. Постучал, вошёл без ожидания ответа.
Она сидела за столом, листала документы, но взгляд был насторожённым.
— Всё решено, — сказал он спокойно. — Он больше не проблема.
Аделина подняла глаза, долго смотрела на него. Потом медленно кивнула:
— Спасибо.
— Не за что. Ты моя жена. А значит — никто не смеет.
Он подошёл, взял её за руку, сжал пальцы — те самые, что ещё недавно держали нож.
— Теперь всё будет спокойно, — добавил он тише.
Она улыбнулась — едва заметно, но искренне.
— Я знаю. Потому что мы вместе.