2 А если бы...

Колоссальным плюсом этого ближайшего от дома пляжа была безлюдность, но после заката она же становилась и минусом.

Идти совсем одной по этому парку было как-то боязно.

Но и домой идти совсем не хотелось, не давало покоя тревожное чувство, что она что-то упускает.

И прогулялась же уже на пляж, и по пляжу этому походила сверх всякой меры, так возьми и пойди прямиком домой.

- Нет! Ей надо, видите ли, любовь тут свою искать! Ночью! В парке! - Алиса даже не поняла, как непроизвольно только что сама себя воззвала к разумению именно в бабушкиной манере общения, с её характерной смесью иронии и заботы.

Но сработала как раз не присущая той остроумная манера по-свойски изъясняться, а воспоминания о сказанной ей истине:

"Сколько будешь искать судьбу - вряд ли когда-нибудь найдёшь. Она найдёт тебя сама, там, где совсем этого не ждёшь, просто когда настанет время."

Эту доктрину Алиса помнила ещё с детства. Поначалу, как и подобает любому ребёнку относиться к мудрости старших поколений, - вообще никак не воспринимала.
Но с годами, множество раз подмечая подобную закономерность, действительно с ней согласилась.

Придя домой, она наконец-то почувствовала возможность перестать трепыхаться и с волнением думать, где бы ещё поискать ту примерещившуюся ей после аварии любовь.

Самым логичным этому объяснением было, скорее всего, осознание неопровержимой истины о неотвратимости судьбы, которая сама тебя везде найдёт.

Или же наконец начавший сходить с мозга отёк, который так или иначе не мог не сопровождать падение с подобной высоты.

Возвращаться к спорту из-за запрета врачей было ещё рано, найти работу она так и не успела.

Не было ни единого желания пересекаться с кем-либо из написавших сотню сообщений подружек.

В кино одной идти тоже как-то тоскливо.

И тут, слушая музыку через беспроводные наушники, она так некстати куда-то запропастила телефон.

Понятное дело, что за пределы квартиры он деться никуда не мог.

Но как же некстати, когда музыку прерывает звонок от привезшего ужин курьера, а платёжное средство где-то лежит на беззвучном.

Она сняла трубку, прикоснувшись к наушникам, и даже не дождавшись приветствия от оператора, поспешно выпалила, что выйдет, как только найдёт телефон.

Внезапно на том конце линии раздался весёлый девичий смех, вслед за которым знакомый с детства голос лучшей подруги, Вики, игриво произнёс:

- Ну вот ты и попалась! Думала, что от меня можно будет спрятаться? - в голосе Вики звучала неприкрытая радость и лёгкий укор.

Алисе вдруг стало неловко, что, не отвечая на все без исключения звонки, она даже не подумала о самых близких друзьях. Чувство вины кольнуло её, но быстро сменилось облегчением от того, что Вики не злится.

Но прежде чем она успела что-либо сформулировать в своё оправдание, подруга продолжила:

- Прямо сейчас выходить совсем не обязательно, а вот завтра я тебя повезу в кафе. И даже не думай отнекиваться, я уже всё решила! - в голосе Вики звучала непоколебимая решимость.

И на первую же попытку возразить та коротко безапелляционно заявила:

- И даже не смей что-то придумывать! Ты проштрафилась, поэтому всё, что тебе остаётся, это - выбрать время. - Вики была настроена серьёзно, и Алиса поняла, что спорить бесполезно.

На следующий день подруга заехала, как обычно, опоздав. Её автомобиль, что и неудивительно, стал посреди дороги без бензина, в силу нерасторопности забывшей его заправить хозяйки.

Поэтому сейчас в кафе они поедут на такси, потом подругу заберёт её брат, и они поедут заправлять брошенный автомобиль из канистры.

Атмосфера в кафе была очень непринуждённой, наполненной мягким гулом разговоров и легким ароматом свежесваренного кофе и выпечки. Солнечные лучи проникали сквозь большие окна, играя на полированных поверхностях столиков и создавая уютные пятна света на стенах, украшенных старинными фотографиями города. Вопреки опасениям Алисы, подруга не собиралась допекать её долгими расспросами и нравоучениями.

Так просто спросила, как дела и как самочувствие, и на этом проявление интереса завершилось.

Аж как-то обидненько стало, чрезмерная опека с пытливостью - конечно, могут досаждать... но к чему же эти скачки по крайностям... - подумала Алиса, чувствуя лёгкое разочарование.

Она уже начала формулировать колкость, соответствующую данному безразличию.

Но тут этот процесс прервался появлением подругиного брата, который приехал со специально уже заготовленной канистрой топлива для брошенного автомобиля. Он был высоким, широкоплечим мужчиной с добрыми глазами, и от него веяло надёжностью.

Присев к ним за столик, он заботливо расспросил Алису о её самочувствии, врачебных запретах, а главное - отсутствии последствий для здоровья. В его голосе чувствовалась искренняя забота.

На что Алиса, поблагодарив за участие, только собиралась с усмешкой сказать, что вообще не понимает, как у её подруги может быть такой замечательный брат...

Как он продолжил, словно прочитав её мысли:

- Вот знаешь, когда-то спасший меня фронтовой друг всегда говорил, что чудесное спасение может значить только одно - у Бога на тебя свои планы, и значит, ты тут нужна...

Это высказывание почему-то очень сильно тронуло Алису. Слова брата отозвались в ней глубоким эхом, словно она ждала их всю жизнь.

И вроде бы нет ничего особенного в этой старой как мир истине, но что-то иное заставило чувства взыграть самыми яркими красками. Это было не просто совпадение, а нечто большее, что-то, что связывало её с этим моментом невидимыми нитями.

Эта истина тут сейчас прозвучала именно потому, что изрёкший её человек, рискуя собственной жизнью, на войне спас жизнь брату её близкой подруги.

Она вдруг на секунду представила, если бы этот загадочный человек не поступил подобным образом, тогда несколько лет назад, когда брат был в горячей точке. Каким бы это горем было для всей их семьи, и вряд ли бы родители смогли это пережить, а если и смогли бы, то оправиться уже точно - никогда.

И подруга не была бы такой беззаботно счастливой, брат действительно был опорой для всей семьи, что позволяло ей всегда оставаться девочкой, за которую всё решат. Каждый человек хотел бы такого родственника.

Вот почему предназначенная ей фраза так сильно зацепила.

Ведь упомянутый в ней человек, одним своим смелым поступком, по сути, повлиял на их судьбы.

Как же интересно совпало, а ведь действительно Бог её тут оставил не зря.

Как бы сейчас хотелось на него глянуть хоть одним глазком. Она почему-то ощутила такой несказанный интерес к этому человеку, что даже сама не поняла, как, перебив продолжающего что-то говорить брата, спросила:

- А как его звали? Этого друга... - её голос прозвучал чуть более взволнованно, чем она ожидала.

На секунду замешкавшись, брат удивлённо ответил:

- Лео! ...А почему ты спрашиваешь? - в его глазах мелькнуло любопытство.

- Не знаю, просто вдруг стало интересно. Сама не могу понять.
Алиса почувствовала, как румянец заливает её щёки.

Потрясённо улыбнувшись, брат добавил:

- А ты хотела бы с ним познакомиться?

Алису ударило молнией, резкий импульс волнения прошил всё тело, и сердце застучало сильно-сильно, в разы чаще. Это было не просто волнение, а ощущение глубокого, давно забытого зова. Она ведь даже и в глаза его не видела.

Но чувство о необходимости его лицезреть было настолько сильным, что скрывать стоило лишь лёгкую дрожь в голосе. О том же, чтобы отказаться от желания с ним познакомиться, даже при всей ее скромности и стыдливости, сейчас не могло идти и речи.

Поэтому глубоко выдохнув и собравшись, она сказала:

- Да.

Брат, переглянувшись с подругой, расплылся в широкой улыбке и, выражая искреннее удивление, продолжил:

- Он просто сейчас заходит в зал.!
и указал на вход в кафе, где в этот момент появился высокий мужчина.

Вся взбудоражившая и, по ощущениям, в разы ускорившая сердце, дрожь вмиг куда-то улетучилась. А на смену ей просто пришёл отрыв от реальности, секунды полетели или потянулись... было уже непонятно.

Да и было это не столь важным, все её размышления забрало это понимание. Она точно нашла ответ на мучивший её с самого момента пробуждения в больнице вопрос. Вдруг само собой стало ясно, что она с тех пор так настойчиво искала, чувствуя, что в этом мире для неё появилось что-то непомерно важное.

Поэтому, когда он появился в её поле зрения, Алиса была уже полностью спокойна и ничуть не удивлена, успев осознать всю эту лавину чувств, обрушившуюся на неё ещё до его прихода.

- Лео, - сказал он, подходя к столику, его голос был низким и приятным.

- Алиса, - представилась она, чувствуя, как её ладонь слегка вспотела.

И далее всё происходило как обычное знакомство с обычными сопутствующими, подобному разговорами. Они обменялись любезностями, Лео рассказал о своей службе, а Алиса - о своих планах после университета.

Автомобиль подруги стал без бензина на приличном расстоянии отсюда, да ещё и в противоположном направлении от Алисиного дома.

Лео же оказался её соседом. Выйдя из кафе и попрощавшись.

У неё почему-то не было ни единого сомнения в том, что единственный приметный на парковке автомобиль
Принадлежит именно ему.
Такое чувство, что они всегда были знакомы, и она его хорошо знает.

Они уже были в своих родных окрестностях, и когда проезжали мимо её любимого пляжа, Алиса рефлекторно обернулась в сторону начинающегося заката и сама даже не заметила, как грустно выдохнула. В этом вздохе была и тоска по уходящему дню, и предвкушение чего-то нового.

Вмиг уловив этот сигнал, Лео плавно припарковал автомобиль со словами:

- Сейчас начинается самое прекрасное время суток. Мне тоже жалко его пропустить, вот так вот просто проехав мимо.
Он посмотрел на неё с пониманием, и Алиса почувствовала, что он видит её насквозь.

Как же сильно он её понимал, даже не с полуслова, а с полувздоха.

Они говорили о природе, временах года и суток. Сопоставляя рассвет с закатом, соглашались на том, что за рассветом, конечно, следует начало, время этого прекрасного явления уж точно - малосопоставимо с нормальным режимом бодрствования. Поэтому как ни крути, но рассвет это слишком рано, либо же - слишком поздно, всё зависит от того, насколько сильно тебя затянула предшествовавшая ему ночь.

Они говорили без умолку, красиво скрывшееся за водной гладью солнце забрало за собой, отделившуюся по волнам, огненно-красную дорожку.

Вода серебрилась в последних отблесках уходящего дня, а они познавали друг друга всё дальше и дальше. Это было так интересно, что оба даже не заметили, как очутились под иссиня-чёрным небесным куполом, усыпанным щедрой россыпью бриллиантового сияния мириадов небесных светил.

Изредка возвращал к реальности только тихий шелест прибоя.

Им было по-настоящему хорошо. Это когда ты в моменте, и не лезет в голову ничего из будущего и тем более прошлого, что не оставляет даже крошечной частички пространства на всякие "а если бы".