4 глава: возвращение

Последние часы в больнице тянулись мучительно долго. За окном давно стемнело, но Дэниел не мог уснуть. Спать не хотелось — он лежал, уставившись в потолок, позволяя мыслям кружить по одному и тому же замкнутому кругу. Почему всё именно так? Почему дело закрыли? Неужели улик и свидетелей оказалось недостаточно? И главное, что разрывало изнутри: было бы всё иначе, если бы Моррисон оказался рядом с ней в ту минуту, когда она нуждалась в нём больше всего?

С каждой секундой груз становился тяжелее. Навязчивые мысли впивались под кожу, не желая отпускать. Решив, что пора положить этому конец хотя бы на несколько часов, Дэниел поднялся с кровати, достал наушники и снова лёг, устраиваясь поудобнее. Спокойная музыка любимой поп-группы заполнила уши, отгораживая от тишины палаты. Он закрыл глаза и на этот раз позволил себе провалиться в сон.

Когда Джеймс заглянул проведать друга, картина перед ним была почти умиротворяющей. Дэниел выглядел беззащитным во сне: светлые волосы разметались по подушке, длинные ресницы замерли в неподвижности. Казалось, ещё мгновение — и они дрогнут, распахнув глаза. Но этого не случилось. Джеймс постоял на пороге, убедился, что друг дышит ровно, и бесшумно притворил дверь. Он не увидел того, что произошло спустя минуту: как безмятежное лицо Моррисона исказила гримаса боли.

                                    ***

Рассвет. Розовое небо расцвечивается оранжевыми и золотистыми пятнами. Первые лучи солнца скользят по водной глади, разбиваясь на тысячи бликов. Летний день — что может быть лучше?

Он сидит на деревянной пристани, опустив ноги в прохладную воду. Солнце только поднимается, но уже чувствуется его жар. Любуясь этим рождающимся днём, Дэниел думает о многом. Но самое главное — о ней.

Лёгкая улыбка касается его губ. Шею обвивают чьи-то руки — мягко, уверенно, словно так и должно быть. Он поворачивается и встречается взглядом с Кэтти. Его Кэтти. В её глазах ещё читается сон — лёгкая дымка, медленные движения, — но уже через мгновение они вспыхивают знакомым огнём, и следы сна исчезают. Она прижимается ближе, целует его в макушку, и они замирают в тишине. Ни о чём не думать. Просто быть здесь. Вместе.

Они не знают, сколько просидели так — час или два. Небо постепенно сменило розовые тона на глубокую синеву. Дэниел притягивает Кэтти к себе, обнимает за талию и прячет лицо в её волосах. Запах сладкой вишни заполняет всё вокруг, становясь единственной реальностью.

Идиллию нарушает сонный голос Эмилии:

— Эй, голубки! Хватит нежиться, завтрак готов!