Глава 12
После недели в больнице меня наконец-то выписали.
Эти дни были долгими, но в больнице я увидела всех родных — маму, папу, сестру и даже Эмиру. Их визиты немного отвлекали меня от мыслей, но чувство тревоги всё равно не проходило.
Когда мы с Мурадом вышли из больницы, он открыл передо мной дверь машины:
— Садись.
Я молча села на переднее сиденье, а он обошёл машину и занял место водителя.
Дорога домой была тихой, даже слишком. Лишь звук работающего двигателя заполнял салон.
Спустя несколько минут он протянул мне мой телефон.
— Держи.
Я быстро разблокировала экран и проверила сообщения. Вдруг кто-то писал?
И действительно — через пару минут пришло новое сообщение.
От неизвестного номера:
"Доверять ему — значит подписать себе приговор."
Я застыла, перечитывая эти слова снова и снова.
— Чёрт... Снова этот бред, — пробормотала я себе под нос.
Раздражённо выключив экран, я крепко сжала телефон в руке.
Кто-то явно хотел запугать меня. Но зачем? И почему именно сейчас?
Я почувствовала на себе внимательный взгляд Мурада.
— Что-то случилось? — спросил он, не отрываясь от дороги.
Я сглотнула и, не меняя выражения лица, ответила:
— Нет.
Мне больше нечего было сказать.
Я отвернулась к окну, наблюдая, как мимо мелькают огни вечернего города.
"Доверять ему — значит подписать себе приговор."
Эти слова продолжали звучать в моей голове, вызывая неприятный холодок по спине.
Но кому ещё мне доверять, если не ему?
—————————-
Утро. Я спустилась вниз, и в тишине кухни увидела Айлину.
— Диля... ты уже проснулась? — её голос звучал мягко, почти шёпотом. — Садись, поешь.
Диля...
Так мама меня называла.
Как же я скучаю по ней. По её нежности, по тем утренним моментам, когда мир будто замирал — только мы вдвоём, её тёплые руки, запах свежеиспечённых лепёшек и ласковое: «Доброе утро, Диля...»
Даже после того, как я видела её в больнице, сердце продолжало ныть от тоски.
И вдруг — слеза. Едва ощутимая, но такая тяжёлая.
Айлина вскочила со своего места, подошла ко мне, взяла моё лицо в свои ладони.
Я не могла смотреть ей в глаза.
— Диляра... что случилось? — спросила она, почти умоляя.
— Забей. Ничего... — прошептала я, улыбнувшись слабо.
Она поняла, что расспрашивать не стоит. Просто кивнула.
Мы молча сели за стол. Завтрак на вкус был как воспоминание.
После завтрака я вернулась в свою комнату.
Открыла дверь и на мгновение просто стояла на пороге, оглядываясь.
Комната была всё та же, но казалась непривычно тихой.
Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, пыль танцевала в воздухе, а за окном слышались далёкие птичьи крики.
Я присела на кровать.
Оказывается, Мурад с утра куда-то ушёл. Ни его, ни его родителей дома не было.
Пустота в доме теперь ощущалась особенно глухо. Ну и ладно.
Вдруг — звонок.
Мелодия резанула тишину, как нож.
Я посмотрела на экран: Далия?
Сердце кольнуло тревогой.
Я сняла трубку.
— Алло? — спросила я, голос чуть дрогнул.
На том конце была тишина... только дыхание.
Тяжёлое, сбивчивое.
И вдруг — шёпот:
— Помоги...
Мурашки пробежали по коже. Я едва успела вдохнуть, как в трубке раздался резкий мужской голос.
Слова были неразборчивы, но в интонации чувствовалась угроза.
Потом — крик.
Короткий. Испуганный.
Далия.
Связь оборвалась.
— Далия?! — крикнула я в пустоту, хотя уже знала, что поздно.
Я сорвалась с места, сбежала вниз, схватила кроссовки и наспех натянула их прямо у двери.
Моя сестра..