Тебе нравится моя грудь?
У тебя в комнате было тихо, только телевизор мерцал светом, заливая стены мягкими отблесками. Чай на столике остывал медленно, и в комнате витал запах мёда и лимона. Томми сидел рядом, в старой футболке и джинсах, вытянув ноги на ковёр. Он делал вид, что внимательно смотрит фильм, но ты знала — ему скучно, он постоянно то подёргивал носок на ноге, то почесывал затылок.
— Эй, — сказала ты вдруг, отхлебнув свой чай.
— М? — он даже не повернулся, только бровью дёрнул, сосредоточенно делая глоток из своей кружки.
— Томми, тебе нравится моя грудь?
Всё произошло в секунду. Его глаза расширились, он закашлялся, поперхнувшись горячим чаем, и чуть не выронил кружку. Ты, испугавшись, тут же придвинулась ближе и начала хлопать его ладонью по спине.
— Осторожнее! — сказала ты, пытаясь сдержать смешок. — Блин, Томми, всё нормально?
— Что?! — прохрипел он, откашливаясь и утирая губы рукавом. — Ты… Ты серьёзно сейчас?
— Ну да, — пожала ты плечами, глядя на экран, будто между делом. — Просто интересно. Ты ничего не говорил, вот…
Он уставился на тебя так, будто впервые видел. Щёки пылали, в глазах металась паника.
— Подожди… Ты меня… просто так спросила? Вот прямо вот… ни с того ни с сего?! — он всё ещё откашливался, но уже явно больше от смущения, чем от чая.
— Ну а что? — с лёгкой ухмылкой отозвалась ты. — Я же могу спросить. Мы… ну, ты понимаешь… у нас уже всякое было, а ты молчишь, как будто я… как будто это неважно.
Он схватился за голову и тихо простонал:
— Боже, ты убьёшь меня такими вопросами.
Ты не удержалась и прыснула в смех.
— Что? — он бросил на тебя возмущённый взгляд, но уголки губ предательски дрогнули. — Ты понимаешь, что я чуть не умер? Вот реально, это мог быть мой конец — и всё из-за… из-за твоего вопроса.
— Ну зато честно, — сказала ты и подтолкнула его локтем.
Томми замолчал на секунду, потом шумно выдохнул и отвернулся к экрану, но уши его были красные-красные.
— Ладно, — пробормотал он. — Мне… нравится. Сильно. Очень сильно. Всё, я сказал. Счастлива?
Ты с притворным разочарованием качнула головой:
— Вот и всё? Без поэтических сравнений, без красивых слов?
Он бросил на тебя взгляд, полный смеси ужаса и сарказма:
— Ага, сейчас. Хочешь, чтобы я ещё стих зачитал? "О, божественные формы…" — он театрально воздел руки, и вы оба рассмеялись.
Смех разрядил напряжение. Томми снова сделал глоток чая, уже осторожнее, и подвинулся чуть ближе.
— Но если честно, — сказал он тише, — ты иногда такие вещи спрашиваешь… и я вообще не знаю, как мне реагировать. У меня мозг просто отключается.
Ты посмотрела на него и улыбнулась мягче, без подкола:
— Ну, значит, я делаю всё правильно.
На экране фильм продолжал идти, но вы оба уже не следили за сюжетом. Комната наполнилась тем самым уютным молчанием, когда слова больше не нужны — всё ясно и без них.