Выбор одежды для первого дня

Фарадей стоял у твоей двери, облокотившись на косяк, и постукивал пальцами по перилам у дома. Он вроде как собирался просто спросить: «Можно ли взять почитать?» — но, когда дверь открылась и ты появилась, он не успел даже рот открыть.

— О, Фарадей, хорошо, что ты пришёл! — сказала ты быстро и решительно, схватила его за рукав и почти силой втащила в дом.

— Э-э… привет?.. — выдавил он, не особо сопротивляясь, но слегка приподняв бровь.

Через несколько секунд он уже оказался на втором этаже, в твоей комнате, среди аккуратно разложенных тетрадок, стопки книг и немного разбросанных по кровати вещей. Ты встала посередине комнаты, крутанулась на месте и, разведя руки в стороны, заявила:

— Смотри, нормально?

На тебе была коричневая юбка чуть ниже колена и молочная шёлковая рубашка, которая мягко поблёскивала в свете из окна.

— Я подумала, что надо как-то одеться нормально в школу в первый день, — заговорила ты очень быстро, почти на одном дыхании. — Сначала хотела белую юбку короткую, но потом вспомнила про эту и решила, что будет по-наряднее. Всё-таки новый учебный год. Но при этом у вас же нет дресс-кода, так что я не хочу выглядеть белой вороной! А если сверху чёрную кофту надеть, то она вообще с рубашкой не сочетается!..

Ты тараторила, сбивалась, снова набирала темп. Было видно, что ты волнуешься куда больше, чем стараешься показать.

Фарадей стоял, уже держа книгу под мышкой, и наблюдал за тобой с тем самым выражением лица, когда он вроде бы пытается понять смысл твоего монолога, но одновременно ловит каждую эмоцию. В конце концов он улыбнулся уголком губ и поднял ладонь, как будто хотел тебя остановить:

— [Т/и], подожди. Дыши. — Он даже слегка рассмеялся. — Ты меня вытащила сюда, чтобы устроить показ мод?

Ты закатила глаза, но было видно, что слова попали в точку — ты и сама поняла, что выглядишь слишком взволнованной.

— Да ну, — сказала ты чуть тише. — Просто… ну, первый день же. И я не хочу выглядеть глупо.

Фарадей наклонил голову набок, посмотрел на тебя внимательнее и спокойно ответил:
— Ты не выглядишь глупо. Вообще. Если честно, ты выглядишь так, что в школу можно входить хоть прямо сейчас — и все решат, что ты всё продумала заранее.

Он пожал плечами, словно это был факт, а не комплимент.

— Даже если наденешь белую юбку, даже если кофту, даже если вообще джинсы и футболку, — добавил он, чуть поправляя очки. — Ты всё равно будешь выделяться. Просто потому что ты — ты.

Ты замерла, чуть скосив взгляд и прикусывая губу.

— Это… хорошо или плохо? — спросила ты осторожно.

Фарадей усмехнулся, откинул голову назад и сказал так, будто это было очевидно:
— Для тебя — это всегда хорошо.

Ты взяла у Фарадея свою книгу, крутя её в руке.
Фарадей не спешил уходить. Он всё ещё стоял в твоей комнате, разглядывая детали: аккуратные стопки тетрадей, ручки разложены по цветам, чуть примятая подушка на кровати.

— Так, — наконец сказал он, хитро прищурившись. — Я пришёл за книгой на пять минут. А оказался на показе одежды, получил целую лекцию про юбки и кофты и теперь ещё должен ждать, пока ты с книгой наиграешься?

Ты хмыкнула, села на кровать и открыла книгу, словно назло.

— Ну, можешь подождать, можешь уйти, — сказала ты нарочито спокойно. — Я же тебя силой тут не держу.

Фарадей ухмыльнулся, опёрся плечом о дверной косяк и поправил очки.
— Хм. Это так звучало, будто именно силой ты меня сюда затащила.

Ты не удержалась и рассмеялась.
— Ладно-ладно, признаю. Но если честно… спасибо, что сказал про одежду. А то я уже думала, что выгляжу как учительница литературы.

— А что плохого в учительнице литературы? — возразил он с самым серьёзным видом. — Если бы все они выглядели как ты, у нас бы полшколы на уроки бегало без опозданий.

Ты смутилась, фыркнула и отмахнулась:
— Господи, Фарадей, перестань.

Он сделал шаг внутрь, сел на стул у твоего стола, откинулся и, сложив руки на груди, вдруг спросил:
— Слушай, а ты всегда так нервничаешь перед новым? Ну, типа — новой школой, новыми людьми?

Ты посмотрела в сторону, задумалась, а потом ответила честно:
— Да. Я… всегда думаю, что что-то пойдёт не так. Что я сделаю не то, скажу не то. Что на меня будут смотреть, как на какую-то странную.

Фарадей чуть нахмурился, внимательно слушая. Потом сказал тихо, но твёрдо:
— Ну, с тобой уже полгода все мы, и ни разу такого не было. Ты странная — но в хорошем смысле. В том, который делает тебя интересной.

Тишина повисла между вами, и ты почувствовала, как напряжение уходит.

Ты вздохнула, улыбнулась уголком губ и сказала:
— Спасибо.

Он пожал плечами, будто это пустяк.
— Не за что. Просто будь собой. Даже если в молочной рубашке, даже если в короткой юбке. Даже если в спортивных штанах.

Ты засмеялась и кивнула.

Так он задержался ещё минут двадцать, и вы болтали уже ни о чём — про книжки, про то, что готовиться к школе вообще лень, про то, что Томми наверняка в первый день придёт «как рок-звезда», а Вудди снова забудет тетрадку.

Фарадей всё-таки ушёл, прихватив книгу, но выглядел так, будто немного сам удивился: он пришёл на пять минут, а ушёл спустя почти полчаса и с каким-то новым ощущением — будто тебе действительно довериться легко.