ГЛАВА 4.
ГЛАВА 4.
Если вы думаете, что мне есть дело до всяких там людишек, то ошибаетесь. Плевала я на них с высоты собственного полёта. И до навязанных нам пассажиров в грузовом отсеке мне было тоже параллельно. Ещё на умирающей станции я знала, как поступлю.
Капитан Глостер и два его охранника немного напрягали команду «Альбатроса». Ходили чуть ли не хвостиками за Гарри, задавая слишком много вопросов для простых безопасников. А один так, вообще, в наглую зашёл на капитанский мостик и, застав меня там, как-то нервно схватился за пистолет.
- Эй, ты что делаешь?! – окрикнул он и, сделав несколько шагов вперёд, наставил оружие.
- Вношу корректировки в путь следования, - спокойно пояснила я, продолжая обходить защиту в управлении корабля.
И хоть этот мужичок, чуть ли не дышащий мне в затылок, не по-детски напрягал, но я старалась не обращать на него внимания. Проще говоря, делала свое дело спокойно и без лишней суеты. Готовила почву для экстренной перестановки управленческих кадров.
- У нас появилась незапланированная остановка? – зыркнул глазами в монитор здоровяк.
- Нет. Я нашла более короткий путь, - лукавила я, входя в систему жизнеобеспечения и поэтапно отключая её от грузового отсека.
- А с капитаном согласовала? – уже нервничая спросил он, внимательно рассматривая быстро меняющиеся коды на дисплее главного компьютера и думая, что дуло пистолета способно меня контролировать.
Но, судя по растерянному выражению его морды, подчинённый капитана Глостера ничего в этом не понимал. Ведь будь у него хоть минимальные познания в программировании, то вместо мозгов в моей башке уже зияла огромная дыра.
- Конечно, - солгала я, нажав на «подтвердить».
Через несколько часов грузовой отсек с людьми в криокапсулах отсоединится от корабля, спровоцировав суматоху. А та свою очередь станется сигналом для маленького бунда. Первыми от кого избавятся, будут чужаки. Уж слишком странными они были типами. Оберегали криокапсулы, как мамку родную, но поверьте мне, так не пекутся о малознакомых людях. Это что-то другое. То, что перевешивает совесть на весах жизненных приоритетов, где честь, долг, справедливость лишь мишура. Пыль в глаза доверчивых людишек.
Вот чуяла моя жопа, на станции произошло что-то нехорошее. И это что-то было в криокапсулах. Да и Хома был прав когда, заглядывая ко мне несколько часов назад, предложил избавиться к чертовой матери от стрёмного груза, ну и от его сопровождающих. В последнее время Гарри чутка поднадоел своей правильностью. Для контрабандиста капитан «Альбатроса» был через чур мягкотелым, а, как показывала практика, такие долго не живут.
- Ты будешь на нашей стороне? – вполне ожидаемый вопрос от Хомы в конце нашего непродолжительного разговора.
- Я всегда на стороне победителя, - многозначного ответила я, выпроваживая глазами старпома Гарри из своей каюты.
- Значит, на нашей, - довольно улыбнулся он.
Вот так за несколько часов до часа X участь лишних людей на «Альбатросе» была решена.
Бунт на корабле дело серьезное и опасное. Не факт, что за тобой пойдут. Бывает поддержка на словах так и остаётся всего лишь пшиком в воздух. Рот открыли, а до силовых действий так и не дошло. При первых же трудностях включают заднюю и с благоговением подхалимов сдают зачинщиков. На моей памяти было четыре бунта и только один прошёл по плану.
Два бунта я ещё совсем девчонкой видела на корабле Стила.
Признаться до сих пор нервно передёргивает, когда вспоминаю что сделал приёмный родитель с теми, кто рыкнул в его сторону. Их кишки в назидания другим по несколько недель летали в невесомости в стыковочном отсеке.
- Так будет с каждым, кто подумает, что умнее меня! – говорил Стил, выбрасывая в открытый космос кровавое месиво.
С предателями у бати разговор был короткий. Только меня он всегда прощал. Сначала, правда, бил жёстко, но потом прощал. Приходил в медицинский отсек и, отчитывая на чём свет стоит, делал последнее китайское предупреждение. Я клялась, что больше никогда, но как только на горизонте маячила свобода, тут же вписывалась в очередную кадровую рокировку в пиратской иерархии. Я его ненавидела, а он меня любил. По-своему любил, конечно…
Третий бунт был на корабле Карима. После недолгих возлияний команда решила, что капитан нечестно поделил добычу. Карим, будучи прирожденным дипломатом, сначала мирными переговорами решил проблему, а потом, когда всё поутихло и не без моей помощи, устранил всех зачинщиков.
Получилось не менее кроваво, чем у Стила, и эффект сохранился надолго. Желание мутить воду на корабле Карима пропало даже у крыс. Серые зверьки были заняты свалившимся на их головы отборным мясом.
Ну, а четвертый бунт устроила я. Бывший капитан «Титана», наверное, до сих пор проклинает моё имя на необитаемой планете класса М на краю Млечного Пути. И этот бунт тоже удастся. Правда, я намеревалась его немного подкорректировать.