Глава 101. Допрос в кассе
Тишина в подземке стала еще более зловещей после их работы. Десять тел в разношерстной, некогда дорогой одежде теперь лежали в темных углах вестибюля и прилегающих тоннелей, устраненные бесшумно и эффективно. Последнего гуля, того самого в котелке, они оттащили в полуразрушенную кассовую кабину, привязав к стулу обрывками электропроводки.
Когда тот застонал и медленно открыл мутные глаза, перед ним, как призраки из другого мира, стояли двое. Высокий парень с характерной формой носа и суровым взглядом, и молчаливая девушка с короткими темными волосами, чье спокойствие казалось опаснее любой угрозы. Их сине-желтые карабины были нацелены на пол, но пальцы лежали на спусковых крючках.
— Проснулся, красавец? — голос Жана был ровным, без злобы, но и без капли сочувствия. — Отлично. Значит, поговорим. О синте-охотнике. И о блоке памяти, который вы с дружками нашли.
Гуль попытался вырваться, но крепкие узлы не поддались. Его сиплое дыхание участилось.
— Я... я ничего не знаю! Просто искали хлам...
— Не ври, — тихо, но четко произнесла Микаса. Ее голос был холоден, как сталь ее клинка. — Вы говорили о «первоклассной штуке» и о том, что боитесь охотников. Где он?
— Пошел к черту, гладкокожий! — просипел гуль, пытаясь плюнуть, но у него только вышло жалкое брызганное слюной.
Жан вздохнул, как человек, которому надоело тянуть резину. Он сделал шаг вперед.
— Смотри. У нас два варианта. Первый — ты нам всё рассказываешь, мы берем то, что нам нужно, и оставляем тебя тут жить твоей... прекрасной жизнью. Второй... — Жан обвел взглядом грязные стены кассы. — Мы оставляем тебя здесь привязанным. А потом включаем на полную мощность наш передатчик. Сигнал будет такой сочный, что каждый синт-охотник в радиусе пяти километров сюда сбежится. Как думаешь, сколько ты у них проживешь, когда они поймут, что ты копался в их сломанной игрушке?
Лицо гуля под язвами побелело. Он знал, что это не пустая угроза. Страх в его глазах сменился животным ужасом.
— Ладно... ладно, черт возьми! — он выдохнул, обмякнув. — Ящик... с красной полосой. Он в служебной комнате, за разбитым эскалатором. Там наш тайник. Только... только не оставляйте меня тут на них.
Жан и Микаса переглянулись. Кивок. План был прост: найти ящик, проверить информацию, и, если все чисто, выполнить обещание — оставить выжившего гуля его судьбе. Правда, без его ценной находки. В мире Пустоши это уже считалось актом милосердия.