часть 29
В моей голове стоял лишь непрерывный звон, и каждый мой шаг отдавался эхом в такт этому гулу. Вдруг сверху хлынула тёплая вода. Я смахнула её руками и поняла, что мы уже дошли от того зала до ванной. Йеджи прямо в одежде (хотя на мне оставалось лишь бельё) смывала с меня засыхающие следы крови своего брата. Кровь смешивалась с водой и утекала прочь. В тот миг мне казалось, что как только кровь исчезнет, я увижу в зеркале прежнюю S/a — чистую, безупречную, без единого пятнышка или следа.
Когда Йеджи закончила, она вышла, и я осталась одна. Медленно поднявшись, не обращая внимания на промокшую одежду, я вышла из ванны и ступила босыми ногами на холодный мрамор. Я замерла перед зеркалом, но во внешности ничего не изменилось — лишь кровавая пелена спала с глаз. Йеджи вернулась с ворохом своей одежды и, не глядя на меня, отдала её и быстро вышла.
Когда я уже собиралась переодеться, мне в голову пришла мысль: а вдруг это зеркало прозрачное только с одной стороны? Неужели Хёнджин следит даже за своей сестрой? Я отошла подальше от зеркала и стянула мокрую одежду. Те места, которых касался Хёнджин, будто горели огнём. Всё моё тело было в синяках, а на губах зияла рана, вызывающая дрожь отвращения. Я быстро натянула вещи Йеджи — они были полной противоположностью тому, что выбирал для меня Хёнджин: закрывали каждый сантиметр моего тела, пряча и следы на шее, и всю меня.
Я откинула мокрые волосы и вышла. Йеджи сидела на кровати, уставившись в пол, а в стороне стоял Феликс. Внезапно свет погас. Весь дом погрузился в еще более густую тьму. Я замерла, не зная, что делать. Вдруг Йеджи схватила меня за руку и снова втолкнула в ванную, захлопнув дверь. Но на этот раз там был и Феликс. В этой темноте раздался его низкий голос:
Феликс: Не бойся. Йеджи обещала, что устроит нам встречу. У нас есть пять минут. Через пять минут свет включится, и камеры снова заработают. Спасибо Йеджи.
Я так жаждала его, его взгляда, его любви, что просто замерла, ожидая его действий. Он притянул меня к себе:
Феликс: Хёнджин что-то сделал тебе? Между вами что-то было?
S/a: Нет, нет, нет... ничего не было, —
ответила я, но голос дрогнул. Его вопрос подразумевал физическую близость, и для меня было важно, что Хёнджин не «проник в мою кровь».
Феликс тяжело вздохнул:
Феликс: Если бы это было правдой... Но твой запах изменился. На тебе его запах.
Он прижал мою голову к своей груди, и я услышала бешеный ритм его сердца. Наши тела сплелись. Я коснулась его лица: