Глава 19. Похороны моего здравомыслия.
Я проснулась с неожиданным ощущением лёгкости. Голова была ясной, тело — удивительно отдохнувшим. Ни тяжести в груди, ни ноющего осадка в мышцах после кошмаров. Будто наконец-то выбралась из густого, вязкого тумана, в котором провела последние месяцы.
Но стоило чуть глубже вдохнуть, как память обрушилась на меня, сметая утреннее спокойствие.
Гарри Клируотер, Белла, Джейкоб, Лоран, черт возьми, океан.
Элис!
Я резко села на кровати, судорожно пытаясь осознать: это действительно произошло, или же мой мозг решил подкинуть очередную абсурдную иллюзию, которая не имела ничего общего с реальностью.
В комнате было тихо. Где-то снизу доносились приглушённые мужской и женский голоса. Я напряглась, прислушиваясь.
— ...Она очень тяжело все это переживала, да? — это все же была Элис. Ее голос был мягким, но в нём сквозила осторожность. Как будто сама знала ответ, но всё равно надеялась, что реальность окажется менее жестокой.
— Это было... это было ужасно, Элис, — голос Джо звучал низко, глухо, как будто тот не просто говорил, а физически выдавливал из себя эти слова, переживая все события заново. — Сначала она просто перестала есть. Я не мог заставить её притронуться к еде. Потом... потом словно отключилась от реальности. Сидела, уставившись в пустоту, и не реагировала на мои слова, как будто её вообще не было рядом со мной. А затем... затем она пыталась вломиться в ваш дом. Сигнализация сработала, и шерифу Свону пришлось ехать на вызов. Он привёз её обратно. Думал, что дома станет лучше. Но это было только началом.
Я сжала пальцы на одеяле, горло сдавило. Ведь сама прекрасно помнила тот серый звуконепроницаемый кошмар, который заставил меня перестать чувствовать себя живой на долгое время. Но слышать, как Джо произносит это вслух было невыносимо.
— Насколько... насколько всё было плохо? — голос Элис стал тише.
— Элис, она выглядела так, будто у неё кто-то умер, — продолжил Джо, голос его немного дрогнул. — В один вечер я нашёл Марселин в комнате с бутылкой виски. Отвратительно пьяную и абсолютно сломленную. Она... она рыдала так, будто ее разрывало на части. Я пытался что-то сказать, хоть как-то достучаться, но она только кричала, будто накопила в себе целую буря боли, которую больше не могла сдерживать изнутри. Я думал, что хуже уже не будет. Что это точка. Но... ошибался. Самое страшное было впереди.
Я сглотнула, чувствуя, как воздух вдруг стал густым, тягучим. Как будто сам дом застыл в тишине, слушая разговор вместе со мной.