Глава 30. «Ты только услышь меня...»
А вы знаете, как пахнут тюльпаны, которые уже три часа провалялись на холодном асфальте в городском парке после неудачного свидания? А как пахнет роса, одиноко лежащая на листьях погибающих растений? А как пахнет домашний чай, который выращивают и высушивают самостоятельно?
Я часто «прислушивалась» к запахам вокруг меня. Может быть, это тоже одно из свойств беременности, но я будто жила отдельно от зарождающегося во мне плода. Когда я думала об этом ребенке, мне хотелось снова и снова дотрагиваться до своего живота, словно прикасаясь к нему, но я никогда ничего не чувствовала. В такие моменты мне казалось, что нерожденный ребенок живёт только в моей голове и нигде больше.
Но это всё больше напоминало навязчивый бред.
Никогда бы не подумала раньше, что можно быть более сентиментальной, чем я была до появления беременности. Я слишком сильно начала искать причину своих чувств и эмоций, и такое казалось невыносимым. Я знала, что всё, пришедшее ко мне вместе с этим ребенком, скоро закончится, а пока я с иронией «открываю» в себе каждый раз нечто новое. Что-то типа геройских суперспособностей, только сверхвременно.
Мне с каждым днем становилось всё страшнее: я боялась, чтобы живот не начал виднеться. Я даже присмотрела несколько неплохих диет, чтобы скинуть пару кило, хотя, говорят, для ребенка это слишком вредно... Но стоит ли сейчас об этом думать? Я должна была ещё раз встретиться с гинекологом, чтобы обсудить новую дату переноса операции. И Ричард не должен ничего заподозрить.
К счастью, сейчас это сделать гораздо проще. Ричард уже третью неделю лежит в больнице. С ним всё не так хорошо, как хотелось бы. По результатам обследований после той роковой ночи его приступа было выявлено, что метастазы появились в его легких. Это значило, что серьезная борьба с раковыми клетками в его организме продолжается. Меня редко пускали к нему в палату, повторный курс химиотерапии был назначен немедленно.
От меня мало, что зависело. Ричард был в отчаянии от случившегося, но я уверяла его, что даже такое ему подвластно пережить. Врачи не утешали диагнозом и прогнозами, однако никто из них не говорил о смерти. Никому ещё не хотелось брать на себя такую ответственность и предсказать то, что вполне может и не сбыться.
— Доброе утро, — зашла я в палату Ричарда и заняла место рядом. Я словно вернулась в ту самую американскую больницу более полугода назад. — Как ты себя чувствуешь?
Улыбка Ричарда «расстеклась» по лицу.