Глава 6
В этот день было мрачно. Солнце будто и не появлялось вовсе на горизонте событий. Холод покрывал кожу шершавой тканью потрясения миллиметр за миллиметром. Дождь острыми каплями словно разрезал кожу пришедших, прожигал до костей. Пара ярко зелёных глаз следила за этим чёрным парадом — последним праздником. Мёрзлая зелень глаз становилась всё северней, разбавляя цвет вечной жизни льдом тающих айсбергов. Пламя алых губ сдерживало крики, рвавшиеся из глубоко внутри сидящего зверя наружу, и только крепко сжатые кулачки в черных шёлковых перчатках выдавали настоящую её. Сейчас при всех она выглядела сумасшедшей из-за хладнокровного выражения лица среди всех этих наигранно плачущих женщин и горестно склоняющих головы мужчин. А проститься пришли все: сотрудники, одноклассники и сокурсники, друзья, сестра. Конечно, такое грандиозное событие случилось… Все были убиты горем, то и дело всхлипывая. Громче всех, конечно, его дорогая Бес, постоянно падающая в чьи-то руки от горя. А ей было почему-то невыносимо противно видеть слёзы на щеках этой женщины.
«Фальшивка… Все это — лишь дешёвый спектакль. Она его никогда не любила. А я? И я не лучше, хоть он мне был отцом. Но почему тогда сейчас так горько и звонко внутри?»
Недослушав воспоминания о золотых студенческих годах отца и о том, каким замечательным другом он был, Айрин Мур, скрыв лицо чёрной вуалью, хотела незаметно удалиться с уже ненавистного ей прощания с отцом. Не вышло. Яркие вспышки и громкие голоса репортёров преследовали её от кладбища к машине Эдварда.
«Мисс Мур, что Вы сейчас чувствуете? Почему покидаете церемонию первой?»
«Вы знали, что ваш отец был в плачевном состоянии?»
«Где вы были, когда он свёл счёты с жизнью?»
«Что будет дальше с компанией? Вы уже ознакомились с завещанием?»
«Каково Вам теперь иметь статус самой богатой женщины Лос-Анджелеса?»