Раскопки

История стянула время и солнечный покров с горизонта. Незаметно похолодало, а небу из последних сил удавалось белеть, пока по его краям ложились засыпать фиолетовые тени. Они дремали и на траве, в отражениях ее гладких, длинных, одинаковых листочков. Вечер перетекал в ночь, опять тихо, украдкой.

- Странно, - Тима удивил рассказ (причем, не столько многочисленным количеством сбивчивых отступлений...), - ты сам сюда пришел, то есть, по доброй воле... А я заснул и как-то переместился, неосознанно, без выбора... - Он почувствовал... несправедливость что-ли, тоненькую, его обмануло даже нечто, одних приглашает, других - закидывает. Но как поспорить с... чёрте-чем.
- Да это странно, и я пока не настолько знаю закулисье, чтобы это объяснить.
- Ведь должен же быть какой-то критерий, по которому сюда попадают... Я просто размышляю, тебе случаем нечего сказать?
-Ты о чем? - Кир озадаченно посмотрел.
Тим казался настойчивым:
- Было ли что-то в твоей истории, что могло привести тебя сюда?
- Скорее довести, хах, - настроение у Кира улучшилось, он сидел, расслабив спину, протягивая кисти по чуть согнутыми коленям, - надеюсь ты сейчас не о проблемах с психикой?
- Не только, ещё о всяких там темных сторонах личности или детских травмах... Впрочем, не подходит, их у кого только нет. - Тим скучающе потянулся, и занял привычную позу с протянутыми ногами и руками в землю.
- У меня нет детских травм. - Продолжил Кир, - если, конечно, быть средними ребёнком не считается за детскую травму.
- Я бы счёл - я единственный ребенок.
- Вот как, ну, значит, тоже не тот критерий.
- Ну и забей. - Тим закрыл глаза и сконцентрировался на дыхании.