Глава6
Маркус неспешно шагал по тёмным коридорам замка. Хотя выражение его лица оставалось безразличным, мысли правителя были далеки от спокойствия. Они бунтовали, путались и мешались друг другу, не давали рассуждать здраво, кружились, словно рой рассерженных пчел. Старейшина уже довольно продолжительное время пытался с ними совладать, но к его глубочайшему разочарованию, ничего у него не получалось. А ещё говорят, что вампиры легко переключаются... Но именно эти его размышления были сродни жажде, жажде новорожденного, с которой невозможно справиться.
В начале всего этого кошмара Маркус и подумать не мог, чем обернётся для него простое любопытство. Когда около года назад Белла прилетела спасать Эдварда, он увидел связь между ними, но не такую, как у большинства влюблённых, - тонкую красную нить, а связь, похожую на толстый канат. Он переливался всеми оттенками красного – от самого светлого, почти розового, до глубокого и насыщенного цвета бордо. Старейшина был поражен до глубины души, в наличии которой конкретно у своей бессмертной персоны, он сильно сомневался. За свою долгую даже для вампиров жизнь, он ни разу не видел такого. Маркус сутками обдумывал увиденное и пытался понять, что сие может означать?
И только на исходе года раздумий старейшину посетила гениальная в своей простоте мысль - пригласить мисс Свон к ним и расспросить об их отношениях с Калленом. Он был уверен, что девчонка не посмеет отказать.
И вот она здесь. Сидит в одном из принадлежавших Вольтури домов и уверена, что её вскорости обратят. А он, будучи этаким благородным рыцарем, даёт ей право выбора, пытаясь спасти несчастную от ужасной участи. Выбор, конечно, есть всегда, но в данном случае, он какой-то уж слишком призрачный, и Свон, вероятнее всего, это понимает. И, тем не менее, не пытается сбежать и не просит, унижаясь, ее отпустить или хотя бы отсрочить обращение. В какой-то степени это делает ей честь.