Кошмар 87 глава

— Отрывок из фильма ужасов —

[Женщина с растрёпанными волосами, толкая покрытые пылью двери церкви, вошла внутрь.

Она с трудом передвигалась, оставляя за собой кровавые следы. Наконец, она остановилась перед старым алтарём.

На стене за алтарём стояла повреждённая статуя бога света, которого все проклинали.

Карина крепко сжала в руках посох Самаэля и почтительно склонилась перед статуей.

— Прошу, защити своих преданных агнцев.

Её спутники уже были мертвы, и всё, что она делала, было направлено на достижение этой цели.

С оглушительным грохотом отъехала потайная дверь.

Изнутри повеяло запахом разложения, превращая тёмный проход в отвратительное и пугающее преддверие ада.

С расширением влияния Святого ордена по всему миру Морис, получивший в наследие силу Самаэля,  стал еще могущественнее — никто не мог устоять перед его кошмарами.

Смертей становилось все больше, и кто-то должен был остановить демона, погружающего людей в ночные кошмары.

Карина достала священную воду и, с непоколебимой решимостью, вошла внутрь.

Единственный способ уничтожить Мориса — это разрушить его остатки святой водой, и тогда демон навечно падет в ад.

Она не заметила, что статуя, перед которой она склонилась, начала разрушаться в тот момент, когда она переступила порог.

За её спиной, на пыльных скамьях, сидел человек, чьё лицо было обезображено шрамами от ожогов.

Его губы искривились в жестокой и устрашающей усмешке.

— Последний сюрприз, хе-хе-хе — надеюсь, он тебе понравится...]

— Отрывок из «Кошмара 2»

*******

Капитан задумался на мгновение. В сюжете именно Чжоу Юю и Джонни заманили Мориса в церковь, что привело к его гибели. Их собственная кончина оказалась куда более мучительной.

Он бросил на Чжоу Юя испытующий взгляд:

— Ты действительно заманил Мориса в церковь? — Лазерное оружие в его руке дрогнуло, словно предупреждение. — Не вздумай врать.

В глазах Чжоу Юя мелькнуло нечто неуловимое. Он уже понял природу этих видений и догадался, что на самом деле хочет узнать этот странный человек.

Сохраняя на лице выражение растерянности и невинности, он ответил чуть слышно:

— Да, так и было.

Его интуиция подсказывала, что только так можно заставить этих людей ослабить бдительность.

Эль нахмурился, но быстро вернул спокойное выражение, словно сомневаясь в своих выводах. Неужели он неправильно понял?

На этот раз миссия вышла за привычные рамки. Шаблоны личностей, применённые к ним, влияли на сюжет, словно цепная реакция, приводя к неожиданным последствиям.

Они обсудили это заранее, поэтому небольшие изменения в этом «местном» выглядели вполне естественными.

Такой слабый «местный» не мог стать причиной серьёзных изменений в сюжете.

Капитан решил, что это всего лишь его подозрительность, и подавил нарастающее беспокойство, больше не углубляясь в странные изменения внешности и поведения этого «местного».

— Прошла минута, и я надеюсь, вы уже успели спрятаться, хе-хе-хе! — раздался хриплый и зловещий голос Мориса, нарушая тишину, царившую в комнате.

Чжоу Юй вздрогнул, услышав этот голос, но быстро взял себя в руки.

Каким бы ни стал Морис, он всегда будет… его Морисом.

За дверью послышались тяжёлые шаги, которые становились всё ближе.

БАМ!

В соседней комнате раздался оглушительный звук, словно выбили дверь, а затем — звериный рёв, который невозможно было спутать с человеческим: «Р-р-ра!»

— А-а-а! Нет! — разнёсся по коридору отчаянный крик человека.

Судя по звукам, чудовище металось по коридору, разрушая всё на своём пути, пока его жертва не перестала дышать.

Постепенно кровь начала просачиваться через щель под дверью.

Стоявший ближе всех к двери Чжоу Юй, глядя на влажный ковер у своих ног, бесстрастно отступил на шаг.

Чавканье монстра не прекращалось, но в комнате, где был Чжоу Юй, по-прежнему стояла абсолютная тишина, словно здесь не было ни души.

Он прислонился к стене рядом с дверью и стал вслушиваться в шаги чудовища. Время от времени он лениво оглядывался по сторонам, постукивая пальцами по стене, и совершенно равнодушно встречал недобрые взгляды странных людей. Его спокойствие было не свойственно для восемнадцатилетнего юноши.

Эта абсолютная тишина продолжалась до тех пор, пока шаги монстра не затихли вдали.

— Ты… — начал капитан, собираясь что-то сказать.

Но Чжоу Юй, стоявший рядом, не обратил на него внимания. Его взгляд внезапно устремился к потолку.

На верхнем этаже раздались скрипящие звуки, и несколько капель тёмного вещества просочились через щели и упали на диван в комнате.

Эль, сидевший на диване, покосился на испачканную кровью обивку, и его лицо помрачнело. Он проглотил вопрос, который собирался задать Чжоу Юю, и прокричал:

— Быстро уходим!

Над головой раздался грохот, и потолок рухнул. Из образовавшейся дыры появилось множество крыс — уродливых, скрюченных, с чёрной шерстью. Они устремились вниз, заполняя всё пространство.

Эль, который среагировал первым, трансформировал свою левую руку в механическую и выпустил мощный энергетический луч, уничтожив крысиное нашествие перед собой.

Однако крысы казались бесконечными — сколько бы Эль их ни убивал, они всё не заканчивались, и даже его энергетический луч не мог справиться с ними.

Вынужденные спасаться, они открыли дверь, на которую было нанесено защитное заклинание, и выбежали наружу.

Чжоу Юй, который стоял и наблюдал за происходящим со стороны, был схвачен за воротник Милой и силой выведен из комнаты.

Она окинула «местного» взглядом, полным презрения, и произнесла:

— Самоубийца, да? Не надейся! Пока капитан не прикажет, держись рядом и не путайся под ногами!

Мила потащила его по самому краю коридора, стараясь, чтобы он не упал за перила.

Глядя на крыс, которые с жадностью грызли запертую дверь с заклинанием, она с отвращением сказала:

— Видишь? Мусор! Если бы ты остался там, то стал бы лишь куском объедков!

Капитан считал, что этот «местный» всё ещё представляет ценность. Мила, преданная своему капитану, хотела как следует напугать его, чтобы он больше не был для неё обузой.

Чжоу Юй с наигранным почтением произнёс:

— Благодарю вас за вашу заботу.

Ведь он чувствовал, что крысы не проявляли к нему никакой враждебности.

Понимая, что это всего лишь сон, Чжоу Юй никак не мог настроиться на волнение, и теперь ему даже не хотелось разыгрывать страх — всё это было таким скучным.

Слова Чжоу Юя вывели Милу из себя, и её изящное лицо исказилось от гнева.

— Кто, чёрт возьми, о тебе беспокоится?! Это было предупреждение! Ты…

— Хватит, Мила, у нас есть дела, — Эль успокоил вспылившую Милу и холодно повернулся к Чжоу Юю, спросив:

— Ты видел высокого мужчину с каштановыми волосами?

Эль был уверен, что этот Чжоу Юй был приведён сюда Валленом.

Только вот сейчас было неизвестно, жив ли сам Валлен, — главное то, что посох Самаэля находился у него.

А этот важный артефакт им очень нужен.

Чжоу Юй с пренебрежением произнёс:

— Нет, не видел.

Мила молниеносно подняла лазерный пистолет и приставила его к виску, и ледяным тоном, медленно и отчетливо произнесла:

— Ты… хочешь… умереть?

Она не прощала тех, кто посмел бы оскорбить её любимого капитана.

Чжоу Юй стоял у самого края перил, и одно неосторожное движение могло отправить его вниз, но в его взгляде не было ни намёка на страх.

Эль взглянул на хрупкого «местного» и с мягкой, почти ласковой улыбкой сказал:

— Мила, убей его.

Избавиться от строптивого пленника было бы лучшим решением, особенно если это могло бы повысить её ранг — ведь она оставалась самой слабой в команде.

В этот момент коридор прорезали истошные крики. Тучный мужчина с искажённым от ужаса лицом вбежал, неуклюже размахивая руками.

— Помогите! Спасите!

За ним, издавая яростное рычание, следовало существо, с телом человека и с головой быка. Завидев трансмиграторов, оно остановилось и замолчало.

— О, да! Полный фарш! Я могу... поесть до отвала... — раздался голос Мориса. Но внезапно его энтузиазм угас, и он замолк, словно ребёнок, потерявший любимую игрушку, с нотками ужаса и тревоги в голосе.

Эль нахмурился и убрал палец с пускового крючка. Отводя оружие, он спокойно сказал Миле:

— Не убивай его… пока.

Мила, хотя и не понимала причины, послушно ослабила хватку, отпуская шею Чжоу Юя.

Чжоу Юй закашлялся и, повернув голову, пристально посмотрел на существо с головой быка. Он чётко увидел, как монстр постепенно обретал знакомый облик.

Это был — Морис.

Чжоу Юю стало немного неловко. Недавно он поклялся, что ни при каких обстоятельствах не появится в этом особняке. Но прошло всего несколько часов, и он уже нарушил своё слово. Его алые губы чуть дрогнули, но он так и не решился первым заговорить с Морисом.

Он чувствовал вину за то, что не оправдал доверия друга.

В отличие от подавленного Чжоу Юя, Морис был в полной растерянности. Он не ожидал, что его лучший друг увидит его в этом зверином облике.

Чжоу Юй всегда считал его самым добрым человеком, иногда даже сердился за его излишнюю мягкость. На такие упрёки Морис обычно только улыбался — возможно, с ноткой восхищения. Ему нравилось внимание друга, и, чтобы заслужить его, он старался быть ещё более добрым.

Он помогал всем, даже тем, кто когда-то причинял ему боль. С детства ему приходилось скрывать свои раны за маской доброты — все ожидали от него великодушия, словно от его матери, Эмили. Он рано научился быть тем, кем его хотели видеть, совершая поступки, которые другим казались благородными, чтобы привлечь внимание и почувствовать себя нужным.

Он понимал, что это была печальная игра, но с тех пор как они с Чжоу Юем стали лучшими друзьями, Морис твёрдо решил: даже если ему придётся притворяться всю жизнь, он готов на это. Ведь если бы небо позволило его другу остаться рядом, разве было бы важно, останется ли он дураком до конца своих дней?

Но небо не выполнило его маленькой просьбы…

Тёмно-голубые глаза Мориса слегка дрогнули. Он не смел смотреть на Чжоу Юя — слишком боялся увидеть в его взгляде испуг. Это могло бы сломить его окончательно.

С тех пор как он восстал из могилы, его терзали тревоги и сомнения. Он задавался одним и тем же вопросом снова и снова:

Если Чжоу Юй увидит его истинный облик, останется ли он рядом, как прежде? Сможет ли он видеть в нём прежнего друга? Или же уйдёт, как все остальные, с отвращением на лице? Найдёт ли нового друга и навсегда вытеснит Мориса из своей жизни?

Нет. Он не допустит, чтобы кто-либо встал между ними — их связь должна принадлежать только им, навсегда!

С этими мрачными мыслями лицо Мориса стало ещё более зловещим, а в глазах зажглась дикая, звериная ярость, как у зверя, готового рвать всё на своём пути.

Увидев его в таком состоянии, Эль окончательно утвердился в своих подозрениях. Он схватил стоявшего за ним застывшего «местного» и, почтительно обратившись к Морису, произнёс:

— Господин Морис, простите нас за прежние ошибки. В знак искупления мы привели виновника вашей гибели — Чжоу Юя!