Тенёта (5)

День, когда двери больницы должны были открыться для него на выход, Ян Оболенски заранее выделил в календаре телефона. Правда, в первые дни после возвращения в сознание вице-капитан Оболенски надеялся, что покинет увеселительное медицинское заведение шагом достаточно бодрым для того, чтобы немедленно вернуться в ловле преступников. Но реальность внесла определенные коррективы: шаг намечался осторожный и немного прихрамывающий, а вместо погони за неблагонадежными элементами общества Яну предстояла гонка за собственным дыханием, которое пыталось сбиться даже от легких физических нагрузок. Впрочем, радость вице-капитана меньше от этого не становилась: когда его пальцы, застегивающие рубашку, дрожали, дело было не в слабости — а в непривычным волнении. Смена больничной пижамы на повседневную одежду и близость возвращения к привычному семейному быту ощущались ритуалом возвращения человеческих достоинства и полноценности.

Последняя пуговица скользнула в петлю ровно в тот момент, когда дверь распахнулась и размеренное спокойствие палаты до основания разрушил маленький вихрь, звонко воскликнувший:

— Папа!

Миниатюрный ураган по имени Ричи соскучился по отцу, которого мальчику разрешили навестить всего несколько раз, до такой степени, что напрочь позабыл смысл слова «осторожность». Он побежал к отцу, раскинув руки, и Ян с трудом успел выставить руку, чтобы перехватить сына до его фатального столкновения с покалеченными ребрами вице-капитана.

— Тише, боец, тише! — Ян слегка поморщился от вспыхнувшей на мгновение боли, но аккуратно прижал Ричи к себе и уткнулся носом в теплую, пахнущую детским шампунем макушку. — Папа сейчас не такой прочный, как обычно.

Мэгги, наблюдавшая за ними с порога, улыбнулась, но в ее взгляде все еще читалось беспокойство. На всякий случай она оглядела мужа с ног до головы, словно проверяя, не потерял ли он за ночь парочку нужных конечностей, и лишь когда убедилась, что анатомическая сборка Яна не претерпела изменений, подошла к ним. Медленно, бережно положила ладонь на его щеку и тихо сказала дрогнувшим голосом:

— Вы задержаны, вице-капитан. Мы вынуждены конвоировать вас домой под бдительным присмотром. Ордер выписан самим Ричардом Оболенски, сопротивление бесполезно. В ваших же интересах сотрудничать с нашей командой.

— Лучший арест в моей жизни, — улыбнулся Ян, накрывая ее руку своей. — Я сдаюсь без боя.