20.1 Одержимый тобой.
Джонатан
Скрежет зажигалки в темноте машины был единственным звуком, нарушавшим мертвую тишину ночи. Я затянулся, чувствуя, как едкий дым заполняет легкие, но это не приносило облегчения. Перед глазами стояла она.
Почему именно кошечка Грейси?
Миллионы женщин в этом городе готовы были упасть к моим ногам за один только взгляд или чек с нужным количеством нулей. Но мне нужна была эта маленькая, колючая девчонка. Она до боли напоминала мне брата — та же прозрачная кожа, тот же взгляд, полный неоправданной надежды, и та же святая, самоубийственная стойкость. В нашем мире такая чистота — это патология. Опухоль, которую нужно вырезать, пока она не заразила тебя своей слабостью.
Я хотел раздавить эту её «правильность». Хотел увидеть, как она сломается под моим весом, как превратится в такую же циничную тень, как я сам. Но когда я впервые вошел в неё — грубо, забирая всё, на что она так отчаянно опиралась, — и увидел её глаза... Боже. В них не было крика. В них была выжженная пустыня. Пустота, от которой у меня самого внутри что-то хрустнуло. Я перегнул палку. Я не просто сломал её, я стер её в пыль.
И теперь я, как одержимый, собирал эти осколки.
Узнать её расписание было делом пяти минут. Когда я вошел в этот пахнущим цветочным освежителем зал и увидел её на дорожке, кровь ударила в голову с такой силой, что потемнело в глазах. Эти лосины... они облегали её бедра и ту самую крепкую, округлую задницу, которую я еще чувствовал своими ладонями, до синяков, до дрожи. Короткий топ предательски открывал изгибы её груди при каждом резком вдохе.
Я видел, как этот недоносок Гарри, её тренер, ошивается рядом. Как его сальный взгляд скользит по её декольте, когда она наклоняется. Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Я хотел подойти и сломать ему челюсть прямо там, на глазах у всех, просто за то, что он дышит тем же воздухом, что и она.
Но я сдержался. Я играл в долгую.
Рид... этот наивный дурачок даже не понял, почему его внезапно отправили в командировку на другой конец страны. Я лично распорядился продлить его «важную миссию» еще на неделю. Пока он копается в отчетах, Грейс будет моей. Я выжгу его имя из её памяти своим присутствием. Она должна задыхаться без моего взгляда. Должна ловить каждое моё движение, как утопающий ловит глоток воздуха.
Я поперхнулся той чертовой водой, когда она так вызывающе выгнула спину. Черт бы её побрал, она знала, что делает. Она дразнила зверя, не понимая, что клетка уже открыта.