15. Клеймо.
Грейс
Скрежет шин по гравию парковки офисного центра отозвался где-то в зубах. Я захлопнула дверь своей машины и на мгновение прислонилась лбом к прохладному стеклу. Бостон накрыл июль — светлый, жаркий, пропитанный запахом мокрого асфальта и чужого спешного ритма. Совсем не тот воздух, что обжигал нас на Сицилии.
Месяц. Ровно тридцать один день с той ночи, которую я выжгла на внутренней стороне своих век.
Я помню, как Рид тогда, на вилле, подошел ко мне утром — в одних шортах, с чашкой кофе в руках и взглядом, в котором сквозила собачья преданность вперемешку с каким-то облегчением. Он коснулся моей щеки, заглядывая в глаза, и тихо спросил:
— Грейс, всё же как раньше? Мы ведь... переросли это?
Я тогда лишь кивнула, натянула на себя фальшивую улыбку, как вторую кожу, и свернулась под одеялом, пряча лицо в подушке, которая всё еще пахла Джонатаном.
Синклер улетел на следующее утро. Рид сказал об этом так буднично, застегивая запонки перед зеркалом: «Джон улетел в Лос-Анджелес, там проблемы с филиалом, месяц его не будет». Я тогда просто кивнула, рассматривая свои ногти. Месяц тишины. Месяц без его взламывающего душу взгляда.
Я завела мотор и поехала в сторону торгового центра. Прикосновения Рида за этот месяц... они были правильными. Законными. Но каждый раз, когда его губы касались моей шеи, я невольно вздрагивала. Я убеждала себя: «Я хочу Рида. Всё как раньше. Это мой мужчина».
Обман. Горький, липкий обман, который я глотала каждое утро вместо витаминов.
Чтобы заглушить тишину в салоне, я набрала номер Даниэллы.
— Привет, мамочка, — улыбнулась я, когда в трубке послышался её сонный голос.
— Ох, Грейс, не начинай, — Дани хмыкнула, и я почти увидела, как она закатывает глаза, поглаживая живот.
Из отпуска она вернулась беременной. Это было чудо, маленькое сицилийское чудо, которое врач в Бостоне подтвердил с осторожным оптимизмом: «Угрозы жизни нет, но берегите себя». Срок был всего месяц, но Дилан... боже, Дилан уже превратился в параноика. Он запрещал ей ходить по лестницам, дышать городским воздухом без маски и, кажется, готов был сам вынашивать этого ребенка, лишь бы Дани не напрягалась.
— Дилан уже заставил тебя выпить литр морковного сока? — спросила я, выруливая на шоссе.
— Два литра, Грейс. Два! И он купил мне ортопедические тапочки, в которых я похожа на утку, — она рассмеялась, и в её голосе было столько чистого, незамутненного счастья, что у меня на секунду перехватило дыхание. — А вы как? Рид всё еще строит из себя идеального парня?