30. Поломанные куклы.
Грейс
Я вышла в гостиную, кутаясь в огромный мужской халат, который пах сандалом и домом. Каждый шаг отдавался глухой болью в теле, а внутри было пусто — так бывает, когда после страшного пожара остается только пепелище и едкий дым. Колени дрожали. В памяти вспышками возникали обрывки: холодные руки Рида, треск ткани и... Джонатан. Его ярость была моим единственным спасением.
Он сидел в кресле. Безупречный, в темном костюме, холодный и собранный. На столе стояла нетронутая чашка кофе. Увидев меня, он мгновенно поднялся, и в его глазах на долю секунды промелькнула такая острая мука, что мне захотелось подойти и самой его утешить.
— Ты проснулась, — его голос обволакивал, как тяжелый бархат. Он подошел ближе, но не коснулся меня сразу, давая пространство. — Как ты?
Я обхватила себя руками, пальцы судорожно вцепились в махровую ткань.
— Как будто меня переехал грузовик. И... мне всё еще кажется, что в комнате пахнет тем шампанским.
Джонатан сократил расстояние, мягко взял мое лицо в свои ладони. Его пальцы были сухими и теплыми. Это было прикосновение защитника. Человека, который вырвал меня из пасти зверя.
— Ты больше не вернешься в свою квартиру, Грейс, — произнес он. Это не был вопрос. Это был приказ, отлитый из стали. — Ты переедешь ко мне. Прямо сегодня. Маркус перевезет вещи.
Я посмотрела в его зеленые глаза. Раньше я бы вспылила, начала бы кричать о своей независимости, о том, что я не вещь. Но сейчас... сейчас я просто хотела, чтобы эта стальная стена была между мной и всем остальным миром.
— Хорошо, — выдохнула я, прислоняясь лбом к его плечу. — Я согласна.
Минуту мы стояли в тишине. Я слышала, как ровно бьется его сердце.
— Что теперь будет с Ридом? — мой голос дрогнул. Картинка окровавленного лица на полу отеля всё еще стояла перед глазами.
— Тюрьма, — коротко бросил он, и его челюсти снова сжались. — Мои люди и связи моего отца об этом позаботятся.
— Он жив?
Джонатан на секунду помедлил, и я почувствовала, как по его телу прошла волна напряжения.
— К сожалению.
Я отстранилась и посмотрела на его разбитые костяшки, которые он пытался скрыть.
— Джонатан... мне кажется, он и так отплатил за свои действия. Его мать работает в суде, у них связи. Зачем нам лишний раз тратить нервы на эти разбирательства? Грязь, пресса... я не хочу снова через это проходить.
Он резко нахмурился, его взгляд стал колючим, почти пугающим.
— Ты защищаешь его? После того, что он сделал? После того, как он подсыпал тебе дрянь и...