2. Стабильность и контроль.
Грейс
Дом Вронских находился в паре кварталов от центра, и дорога туда должна была занять минут двадцать. Двадцать минут моего триумфа и его персонального ада.
Как я и ожидала, за руль Рид сесть не смог. Стоило ему подойти к моей белоснежной Audi, как я почувствовала этот тяжелый, кислый шлейф вчерашнего «хоккея». Он выглядел лучше, чем утром — побрился, натянул чистую рубашку, — но его выдавали движения. Слишком осторожные, слишком замедленные, будто он нес в голове хрустальную вазу, которая вот-вот разлетится вдребезги от любого шороха.
— Ключи на базу, «пилот», — хмыкнула я, покрутив брелоком на пальце.
После салона я чувствовала себя богиней. Мои ногти — идеальный, глянцевый розовый неон — барабанили по кожаной облетке руля в такт дерзкому треку из плейлиста. Настроение было на высоте: тренировка выжгла гнев, а маникюр вернул чувство контроля. Я даже не ворчала. Зачем тратить нервы на крики, когда можно издеваться изощреннее?
— На, освежись, — я не глядя бросила ему на колени пачку мятной жвачки. — А то Вронские решат, что ты заехал к ним прямиком из вытрезвителя.
Рид глухо застонал, привалившись виском к холодному стеклу пассажирского окна. Он попытался закрыть глаза, надеясь провалиться в спасительное забытье, но у меня были другие планы.
— Ой, ты представляешь, Лейла в зале сегодня такие веса брала! — я начала говорить звонко, чуть громче, чем требовала обстановка. — Я смотрела на её технику и думала: Грейс, тебе нужно больше налегать на выпады. Кстати, о выпадах! Мастер в салоне сказала, что мой цвет — просто хит сезона. Ты посмотри, как он переливается на солнце? Рид? Ри-и-ид?
Он дернулся, нехотя приоткрыв один глаз. В его взгляде была мольба о пощаде, но я лишь прибавила звук на магнитоле.
— А еще я видела такие нереальные ткани в каталоге... — я продолжала щебетать, активно жестикулируя правой рукой, сверкая свежим лаком прямо перед его носом. — Представь, если я сошью из этого шелка вечернее платье? С открытой спиной. Тебе бы понравилось, правда? Жаль, что ты вчера не оценил розовое кружево, пришлось бы к платью подбирать что-то более... строгое.
— Грейси, пожалуйста... — прохрипел он, заглатывая сразу две подушечки жвачки. — Давай просто посидим в тишине. У меня внутри как будто отбойный молоток работает.