Глава 16. «Семейный подряд»

Лондон, Бейкер-стрит, 221Б. Суббота, 14:30 дня.

Эмилия стояла перед зеркалом в спальне и смотрела на своё отражение уже пятнадцать минут.

Это было непохоже на неё. Обычно она собиралась за десять минут — чёрное, серое, белое, стрелки, гель, и вперёд. Сегодня она перемерила три наряда, смыла макияж дважды и уже пять раз запустила пальцы в волосы, которые так и остались распущенными — мягкими, послушными, совсем не теми, к которым привыкли её родители.

— Ты нервничаешь, — сказал Шерлок, стоящий в дверях спальни.

Он был одет непривычно для него. Не халат, не расстёгнутая рубашка, не пальто, которое он никогда не снимал. Сегодня на нём была тёмно-синяя рубашка — новая, купленная вчера специально для этого дня, — застёгнутая на все пуговицы, заправленная в чёрные брюки. Волосы он попытался причесать. Безуспешно, но попытался.

— Я не нервничаю, — сказала Эмилия.

— Ты переодевалась три раза. Ты смыла макияж дважды. Ты смотришь в зеркало и не видишь себя. Ты нервничаешь.

— Я не нервничаю. Я... готовлюсь.

— К встрече с собственными родителями?

— К встрече моих родителей с тобой, — поправила она. — Это разные вещи.

Он подошёл к ней, встал сзади, положил руки ей на плечи. В зеркале они смотрелись странно — он, высокий, тёмноволосый, с острыми скулами и пронзительным взглядом; она, ниже на полторы головы, в мягком сером платье, с распущенными волосами, без привычной брони.

— Я справлюсь, — сказал он. — Я справился с Мориарти. Справлюсь и с твоей матерью.

— Мориарти не спрашивал, какие у тебя намерения.

— Твоя мать спросит?

— Она профессор лингвистики. Она задаст вопрос в такой форме, что ты сам не поймёшь, как на него ответил.

— Я готов.

— Ты не готов. — Она повернулась к нему. — Ты никогда не встречался с родителями своих девушек.

— У меня не было девушек. — Он сделал паузу. — У меня была ты. И этого достаточно.

Она улыбнулась, поправила воротник его рубашки.

— Моя мама любит, когда смотрят в глаза. Мой папа любит, когда говорят по делу, без лишних слов. Не пытайся им понравиться. Просто будь собой.

— Если я буду собой, твоя мать спросит, почему я не использую свой интеллект для чего-то более полезного, чем «игра в полицейского».

— Тогда скажи, что используешь его для того, чтобы сделать её дочь счастливой.

— Это банально.

— Это правда.

Он посмотрел на неё.

— Ты счастлива?

— Да, — сказала она. — Даже когда нервничаю. Даже когда боюсь. Даже когда не знаю, что будет завтра. Я счастлива.

— Тогда я скажу это.

Внизу хлопнула дверь.

— Они приехали, — выдохнула Эмилия.