Семья не по крови

Картер

«I destroy myself thinking
someone will come save me.»

Вот уже два года мой распорядок дня почти не меняется, и я не уверен, что это плохо или, наоборот, единственное, что держит меня на плаву.

Я сплю пару часов за ночь если повезёт, и кошмары не разбудят меня раньше будильника. Потом поднимаюсь, пока Санрайз-Бей ещё спит, окутанный серостью и предрассветной дымкой. Еду за город, на трассу номер семнадцать. Там я просто стою, смотрю на асфальт и иногда курю.

В этом месте я чувствую некую связь с тем, что давным-давно потерял, думая что никогда не обрету вновь. Теплый асфальт под ногами, вольный ветер, запах утренней росы, смешанный с выхлопными газами и солью. Всё это складывается в ощущение, которое нельзя описать словами, только проживать. Снова и снова.

Этот ритуал позволяет мне ощущать себя живым, чёрт возьми, несмотря на то, что я так же давным-давно был мёртв.

Потом я направляюсь в Блэкстоун.*

Блэкстоун никогда не был пляжем для туристов. Здесь слишком сильные волны, слишком острые скалы и слишком мало кафешек с разноцветными коктейлями для придурков, приехавших «найти себя» у океана.

Местные любят его именно за это. Пляж тянется вдоль чёрных камней, от которых и получил своё название. Его не так-то просто найти, если не знаешь тропинку, будто природа намерено скрыла его от любопытных глаз. Найти его может только тот, кому это место действительно необходимо.

Во время прилива волны разбиваются о чёрные скалы с рыжеватым оттенком, с таким грохотом, будто океан пытается проломить себе путь на сушу. Песок здесь крупнее и темнее, чем на других пляжах Санрайз-Бей, а течение гораздо жёстче и опаснее. Если не знаешь, как вести себя в воде, тебя размажет об валуны быстрее, чем успеешь закричать или вдохнуть.

Идеальное место. Особенно для тех, кто приходит сюда не отдыхать, а спасаться.

Я ловлю волны, пока Рокси носится по берегу как угорелая. Она единственная, кто не задаёт вопросов и не смотрит на меня с притворной жалостью. Потом еду на работу в собственную автомастерскую в старом гараже на окраине.

В гараже всё просто.

Если что-то сломано — ты это чинишь.

Если деталь мертва — ты меняешь её нахрен.

С людьми так не получиться, к сожалению.

Я ремонтирую тачки, делая из старых развалюх «конфетки». Клиенты говорят, что у меня золотые руки. Я не знаю насчёт золота, но руки точно помнят, как держать инструмент, в отличие от того, как держать себя в руках.