глава №7

Это случилось в обычный вторник. Дима вернулся с работы пораньше, чтобы приготовить ужин - Саша обещал прийти пораньше, они планировали посмотреть новый фильм. На кухне пахло кунжутным маслом и чесноком - Дима мариновал говядину для пулькоги.

Телефон зазвонил, когда он резал лук.

На экране высветилось: «Виктор».

Дима замер. Нож застыл в воздухе. Пять лет он брал трубку всегда - потому что отец мог позвонить в любую минуту, и неподнятый звонок означал скандал. Но сейчас, когда в его жизни появился Саша, каждый звонок отца стал испытанием.

Он вытер руки о полотенце, взял телефон, вышел на балкон.

- Да.

- Ты один? - голос Виктора - сухой, ледяной, без приветствия.

- Говори.

- Я узнал, что этот... рыжий... до сих пор живёт у тебя.

Дима сжал перила. Пальцы побелели.

- Он живёт со мной. Не «у меня». Со мной.

- Не играй словами. Ты что, собрался содержать его?

- Он работает. И платит за продукты.

- О, как благородно, - в голосе отца сквозило презрение. - Сын Виктора Шин торгует продуктами с каким-то медбратом из общаги.

- Он тату-мастер. И не смей так о нём.

- А то что? - Виктор повысил голос - редко, но страшно. - Ты забыл, кто дал тебе крышу над головой? Кто вытащил тебя из того дерьма, в котором ты утопал пять лет? Я дал тебе компанию. Я дал тебе имя. А ты... ты позоришь меня перед всем советом директоров.

- Какое им дело до моей личной жизни?

- Какое? - Виктор засмеялся - сухо, безрадостно. - Сын корейского эмигранта, глава российского представительства NVIDIA, трахается с парнем. Это дойдёт до Америки. Это дойдёт до акционеров. Ты понимаешь, что ставишь компанию под удар?

- Компания - это цифры. А моя жизнь - это моя жизнь.

- Твоей жизни нет. Есть моя воля. И я требую, чтобы этот... человек ушёл.

Дима закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. Пульт был в кармане домашних штанов - он нащупал его, но не нажал.

- Нет, - сказал он тихо.

- Что?

- Нет, - повторил громче. - Он не уйдёт. И ты не сможешь нас разлучить. Даже если отключишь деньги. Даже если лишишь наследства. Даже если выгонишь меня из компании. Я не вернусь к тому, кем был без него.

В трубке повисла тишина. Дима слышал дыхание отца - тяжёлое, злое.

- Ты позоришь семью, - сказал наконец Виктор. - Твоя мать ушла, потому что была слабой. А ты... ты ещё слабее.

- Мать ушла, потому что ты бил её, - ответил Дима. - И меня бил. И бьёшь до сих пор, когда я перечу. Но Саша - не ты. И я не буду таким, как ты.

- Ты уже такой. У тебя его руки на шее. Я знаю, мне докладывают.

Дима похолодел.

- Кто?