Глава 19 - Восьмое марта.

Неделя, прошедшая после ухода Вити, растянулась для Ады в бесконечную череду серых, тягучих дней. Она существовала на автомате: просыпалась, пила кофе, который казался безвкусным, бродила по огромной пустой квартире, словно призрак, и ложилась спать, надеясь, что утром боль станет чуточку тише. Но боль не становилась тише. Она затаилась где-то под сердцем, ноющим, неприятным холодком.

Телефон молчал. Витя не звонил. Гордость не позволяла ей позвонить первой — слишком глубоко засели его слова, слишком свежа была обида, хотя в глубине души отчаянно хотелось услышать его голос. Она корила себя за пощёчину, за ту истерику, но в то же время понимала, что это был просто крик её израненной души. Всё это было так сложно и муторно, что иногда ей казалось, что она сходит с ума.

Но жизнь брала своё. Сегодня было восьмое марта, и праздничная суета, в которую она окунулась с головой, стала своеобразным спасением. Поздравили все: папа прислал огромную корзину цветов с курьером, тетя звонила из Питера, желая женского счастья. Ада улыбалась в трубку, говорила «спасибо», и её голос звучал почти естественно. Почти. Лишь в короткие минуты тишины маска спадала, и она позволяла себе задуматься: где он? Что с ним? Жив ли? Она старалась не волноваться, но сердце предательски сжималось.

Сегодняшний день немного отвлекал. И ещё одно, самое важное и сокровенное, что произошло два дня назад, грело её изнутри тихим, тёплым светом. Светом, который не мог погасить даже этот холодный, выжидающий мрак.

Екатерина Александровна подняла глаза от записей, всмотрелась в вошедшую пациентку, и её лицо осветилось тёплой, искренней улыбкой.

— Адочка, дравствуй!— она отложила ручку и подалась вперёд. — Ну надо же, какими судьбами! Садись, садись. Давно тебя не видела.

— Здравствуйте, Екатерина Александровна, — Ада улыбнулась в ответ, чувствуя, как от этого тёплого приёма немного отпускает напряжение.
Ада села на край стула, теребя ремешок сумочки. — Я... Ну, задержка. И тошнит. Уже неделю.

Екатерина Александровна понимающе кивнула, взяла ручку.

— Понятно. Давно задержка?

— Десятый день.

— Менструация регулярные были до этого?

— Да, всегда как часы.

Она что-то пометила в карточке, которую только что завела, потом подняла на Аду свои добрые, внимательные глаза.

— Ну что ж, Адочка, тогда давай смотреть. Расстегивай джинсы ложись на кушетку. Сделаем УЗИ, и сразу всё узнаем.