Глава 21
Грейн
Я... Нет, я все понимаю. И все в порядке у меня. Да. Правда. Первые дни тяжело было, конечно... Но сейчас все хорошо, я же... это... сейчас, минутку. Не понимаю... Устал...
Она со мной спала. Ну, в плане... В общем, в кровати одной, просто спала. А потом... ушла... на кухню. На пол легла, там спала. Зачем только? Ну, то есть, я понимаю, она, наверное, хотела без меня отдохнуть нормально... Сейчас, минутку... Блять, да что ж такое-то.
В норме я. Просто устаю быстро. Голова восстанавливается или что там, не знаю. В общем, просто надо прийти в себя. Заняться спортом, на улицу выйти, с ребятами поговорить. Только посплю немного. И займусь делами...
Кэш еще. Приезжал, приезжал, а потом дела. Я так и не понял, куда он уехал. То ли к девушке, то ли еще куда. Он говорил, да, я просто не понял. Ну и хер с ним, правда. Все равно ничего толком не делал. Ещё и телевизор этот шумит, что там происходит вообще? «Инновационные технологии в мире сп...» Чего? Еще раз. «Инновационные техн...» Не понимаю. Потом, все потом, устал. Хочу просто лечь поспать...
Я тут на кухне сидел уже часов шесть, если не больше. Поесть приготовил. Долбаные овощи, я два раза морковку в мусорку кидал. Не специально, конечно. Первый раз. Второй — специально. Надоела просто.
А потом... А потом вот это...
Она сказала, что я ей тоже нравлюсь. Не понимаю. Нравлюсь? Ну, то есть, я понимаю, что это значит, еще раз говорю, я не умственно отсталый. Просто... Неожиданно что ли. Надо переварить это всё. А что дальше будет? Что с этим вообще, блять, делать? Бесит. Не она, ситуация.
Я, я хочу быть с ней. Хочу, чтобы она была рядом. Обнимала. Целовала. Приходила после работы. Готовить ей. Дарить цветы. Любить её.
Это она была рядом. Не Прескотт, не Натани. Она. И Кэш.
И я пытался, клянусь, я пытался сходить за чертовым букетом. Выйти только не смог, ясно?!
Они тут. Я знаю, они ждут меня. Они знают, что я жив, знают, что не добили. И черт, улица, она огромна, она просто гигантских размеров, блять. Они за углом, я чувствую. Я выйду, и меня снова схватят, они не оставят меня в живых.
Он пытал. Пытал меня как чертову свинью, я ничего не мог сделать. Я молил о пощаде, я молил, а он завязал мне рот скотчем. Он резал себя. На моих глазах, ублюдок резал себя, оставляя мелкие шрамы по всему телу и измазывал меня своей кровью. Он пытался отрезать мои пальцы, он хотел этого.