ГЛАВА 37

8 ноября 2025 года.

Три дня между средой и субботой пролетели как один длинный, насыщенный выдох. Они были заполнены до краёв лекциями, домашкой, короткими перерывами между парами, которые мы с Дженсеном научились красть у расписания. Не то чтобы мы специально искали друг друга... Просто теперь наши маршруты по коридорам Принстона часто совпадали. И каждый раз, когда наши взгляды встречались в толчее, что-то тихо щёлкало внутри, как замок, находящий свою единственную отмычку.

В пятницу был «Анализ музыкальных произведений» у миссис Кирх. Бывшая оперная вокалистка с голосом, который и сейчас, в семьдесят лет, мог бы разбить хрусталь, рассказывала о многообразии жанров и, как всегда, незаметно съезжала в воспоминания о собственной карьере. Я слушала, оперев подбородок на ладонь, и улыбалась.

– ...И вот стою я на сцене «Ла Скала», детки мои, а тенор... о, этот старый пройдоха! – она театрально приложила руку к груди. – Он вдруг решил импровизировать!

Мы переглянулись с ребятами, и кто-то тихо хмыкнул. В её рассказах чувствовалась настоящая жизнь, ради которой вообще стоит заниматься музыкой. Не ради оценок, не ради галочек в зачётке, а ради этих живых, дерзких, незапланированных моментов, когда всё идёт не по нотам, но получается гениально.

Я слушала и одновременно чувствовала, как в голове тикают часы, отсчитывая время до субботы. До полудня. До Лейквуда.

♪ ♪ ♪

Субботнее утро в «Мэйти» было сонным и тихим. Девочки ещё отдыхали после пятничных вечеров, лениво валяясь в своих кроватях. В одиннадцать пятьдесят я уже стояла у выхода из комнаты с небольшой сумкой через плечо. В ней лишь самое необходимое на одну ночёвку: кошелёк, косметичка и зарядка для телефона. Никаких чемоданов, никаких гитар. Только я и предвкушение дня, который принадлежал только нам. Я отправила Джилл короткое смс о том, что еду сегодня домой без доказательств в виде билетов, и направилась к лестнице.

Чёрная Audi подъехала ровно в двенадцать. Дженсен вышел, чтобы открыть мне дверь. На нём была та самая тёмно-зелёная куртка и простые джинсы. Он выглядел так же собранно и немного напряжённо, как и я.

– Надеюсь, не опоздал? – спросил он, придерживая дверцу. Губы тронула усмешка, но в голосе проскользнула осторожная нотка. – «Черепаший» режим и субботний Принстон – сложный тандем.

– Сложный, – согласилась я, усаживаясь на пассажирское сиденье и поправляя сумку на коленях. – Но у тебя получается.