ГЛАВА 54

17 февраля 2026 года.
Морриган

Социология с Ханной Джуд в феврале была нечто средним между интеллектуальным стендапом и терапией. Она расхаживала между рядами в своем неизменном твидовом пиджаке, жестикулируя так, что блики от её огромных серёжек-колец слепили, словно крошечные вспышки.

– Социальные роли, народ! – её звонкий, чёткий голос заполнял аудиторию. – Мы не просто их играем, а застреваем в них, как жвачка в волосах. Берём на себя в шестнадцать, а к сорока понимаем, что не можем выбраться, даже если очень хочется. Потому что общество смотрит и говорит: «Эй, ты же всегда была примерной дочерью, отличницей, тихоней. Куда это ты?». Мисс Реннар!

Ада, которая как раз пыталась незаметно проверить телефон под партой, вздрогнула, будто на пружине.

– Вы, кажется, пытаетесь сыграть роль «невидимого студента». Как успехи? Общество в лице меня вас уже раскусило.

Общий смех прокатился по рядам. Ада вспыхнула, но вскинула подбородок и тут же парировала:

– Профессор, я просто практикую метод включённого наблюдения! Изучаю реакцию аудитории на ваши провокации.

Джуд фыркнула, но глаза её одобрительно блеснули.

– Остроумно. Зачёт. Но всё же вернёмся к нашим ролям. Кто диктует правила? Кто говорит, что «настоящий мужчина» не плачет, а «хорошая девушка» не смеет сказать «нет»? – Её взгляд скользнул по рядам. – Мы сами. Каждый день. Микросоглашениями, взглядами, молчаливым одобрением. И именно поэтому их так сложно сломать. Вы ломаете не абстрактные нормы, вы ломаете ожидания конкретных людей, которые стоят прямо перед вами.

Я слушала, закутавшись в толстовку Дженсена, но мысли витали далеко, в Нью-Йорке.

Какие роли он будет играть сегодня? А... она? Какую роль она будет играть для него сегодня вечером? Красивый, молчаливый аксессуар? Сможет ли она позволить себе выйти за рамки? Прикоснуться к нему? Улыбнуться слишком осмысленно?

Я резко тряхнула головой, заставляя себя сосредоточиться на словах профессора.

Нет. Я доверяю ему, а он дал слово. И на его груди, под идеально отглаженной рубашкой, были мои метки. Так же, как у меня под этой толстовкой. Это были наши молчаливые, личные договорённости, куда более важные, чем любые светские условности.

Лекция закончилась под смех и аплодисменты – Джуд умела завершать на высокой ноте. Все задвигались к выходу, и мы с Адой, не отставая, вывалились в коридор.

– Боже, она сегодня в ударе, – выдохнула Ада, поправляя лямку рюкзака. – И я, по традиции, получаю выстрел в голову в самый неподходящий момент!