ГЛАВА 53

17 февраля 2026 года.
Морриган

Звонок не разорвал сон резко, а настойчиво, но мягко просочился в него, пробиваясь сквозь вязкую утреннюю дымку. Я вслепую протянула руку к тумбочке, нащупала телефон и поднесла к уху.

– Мм?

– С днём рождения, ангел.

Я сразу узнала низкий, чуть хриплый то ли ото сна, то ли из-за связи голос. Ещё до того, как открыла глаза, губы уже растянулись в улыбке.

– Дженсен... – выдохнула я, сильнее прижимая трубку, словно это могло сократить расстояние. – Ты... который час?

– Шесть утра. Не проспи учёбу.

Я наконец разлепила веки.

Странное чувство – проснуться здесь, в нашей общей квартире, и услышать его голос откуда-то из другого города, будто из параллельной вселенной.

– Непривычно, – тихо сказала я. – Проснуться... и услышать тебя с помехами.

На том конце он чуть слышно усмехнулся – я знала этот короткий выдох через нос.

– Обещаю сделать всё возможное, чтобы вернуться завтра и устранить эти помехи лично.

Я кивнула, словно он мог это видеть, и потянулась, чувствуя, как по телу разливается сладкая, ленивая нега.

– Ладно... встаю.

– Мне жизненно важно было услышать твой голос, – вдруг сказал он, и в его тоне не оказалось ни капли иронии. – Привычка, наверное.

«Привычка».

Да. Утро начиналось не с будильника, а с того, что он переворачивался, обнимал меня и что-то сонно бормотал в волосы, прежде чем встать и начать свой кофейный ритуал. Ему, такому самодостаточному, этого не хватало. Как и мне.

– Мне тоже, – призналась я шёпотом. – Без тебя тут... пусто.

– Я скоро вернусь. Иди завтракай. И не опаздывай на пары.

– Слушаюсь, мистер Торренс, – покорно отозвалась я, и мы повесили трубки почти одновременно.

Я ещё с минуту лежала, глядя в потолок, с дурацкой улыбкой на лице, а потом решительно откинула одеяло. Прохладный воздух комнаты мгновенно вызвал мурашки по коже, и я потянулась к спинке стула за его толстовкой, в которой вчера провела весь день. Натянув её, я босиком прошлёпала по холодному паркету на кухню.

Приготовила себе яичницу – ровно одну порцию, на маленькой сковородке. Ела, уставившись в окно на голые ветки за окном.

Всё было иначе. Я уже оставалась здесь одна, но тогда чувствовала себя гостьей, временной постоялицей. Сейчас... сейчас я почти хозяйка. И от этого одиночество ощущалось не временным, а каким-то глубинным нарушением порядка вещей.

В этой квартире должно быть двое.

♪ ♪ ♪

Февральский воздух на улице оказался колючим, но бодрящим. Я дошла до остановки, села в автобус – привычный ритуал, но сегодня в нём сквозила какая-то торжественная пустота.