ГЛАВА 23: ГРАНЬ
Эфир с исповедью Кирилла стал детонатором. Соцсети взорвались. Хештег #ВолчьяСтая пару дней не покидал тренды. Комментарии были полярными — от восторженных «Настоящий лидер! Не боится быть живым!» до едких «Развели тут психо-спектакль, пока папаша плачет». Но главное — краудфандинговая кампния за сутки собрала недостающую сумму. Деньги на Прагу были.
Команда пребывала в состоянии сюрреалистической эйфории. Они были звездами местного масштаба, за ними охотились папарацци студенческих газет. Но Тори, ловя взгляд Кирилла, когда он оставался один, видела в его глазах не эйфорию, а ту самую ледяную собранность, с которой он выходил на решающие матчи. Он не читал комментарии. Он изучал записи игр своих будущих соперников по турниру. Его откровенность была не слабостью, а первым ходом в новой, более сложной партии.
Волков был доволен. Рейтинги его блога взлетели до небес. Но его похвала всегда была с привкусом нового предупреждения.
«Твой отец не дремлет,— как-то сказал он Кириллу после съемки. — Он ведет переговоры о покупке доли в медиахолдинге, который будет транслировать турнир. Готовься к "объективному" комментированию».
Кирилл лишь кивнул.Он ожидал чего-то подобного.
Настал день последней контрольной перед отъездом. Соперник — сильная команда из другого столичного вуза. Это была генеральная репетиция, и все понимали — проигрыш был невозможен. Ни тактически, ни морально.
Перед выходом на лед в раздевалке витало знакомое напряжение. Кирилл, уже в полной экипировке, подошел к маркерной доске. Но вместо тактических схем, он взял тряпку и очистил ее.
В раздевалке повисло удивленное молчание.
«Мы все отработали,— голос Кирилла был ровным, но пробивал каждую клеточку тишины. — Все схемы, все передачи. Сегодня я хочу, чтобы вы играли. Не по указке. А так, как чувствуете. Чувствуете лед. Чувствуете шайбу. Чувствуете друг друга. Мы — стая. А стая действует на инстинктах. Доверьтесь им».
Он не стал произносить пламенную речь.Он просто встретился взглядом с каждым — с Дергачевым, Федорцовым, Самсоновым, Валенцовым — и кивнул. Я верю в вас.
Этот простой жест сработал лучше любых слов.
Игра была на грани. Соперник, знавший о внимании к «Акулам», жаждал крови. Основной удар принимал на себя Кирилл. Но на этот раз он не был один. Видя, что на их лидера идет силовой прием, Валенцов и Федорцов мгновенно оказывались рядом, прикрывая, принимая удар на себя.