Больное сердце

Лайт лежал неподвижно. Он уже не спал, но еще окончательно не проснулся. Солнце било в глаза сквозь закрытые веки, напоминая, что уже наступило утро. Ужасно не хотелось вставать, ибо всю ночь он провел в тягостных мыслях и почти не сомкнул глаз, но чувство ответственности заставило его перевернуться на бок и откинуть теплое одеяло.

Первое, что попалось на глаза, — огромная тень, падающая от чего-то стоящего у него перед кроватью. Лайт сразу догадался, кто это был, и обернулся было, чтобы отчитать надоедливого мертвого детектива, как резко дернулся от уродливого лица, искривившего губы в широкой улыбке и демонстрируя ряд острых зубов. Желтые вытаращенные глаза смотрели на него своими красными зрачками. Парня будто обдало ведром ледяной воды, смывая остатки сна.

Долгие месяцы Рюк был подобием его соседа по комнате с тех пор, как Лайт взял в руки Тетрадь Смерти. К тому же, шинигами имел дурную привычку склоняться над Лайтом, когда он спал, поэтому едва ли не каждое утро чудовищная физиономия Бога Смерти была первым, что он видел, открывая глаза. Его внезапное появление всегда срабатывало лучше любого будильника, и к нему нельзя было привыкнуть.

Но этим утром присутствие Рюка поразило его больше, чем когда бы то ни было.

Сердце продолжало неистово биться о ребра.

— Я всегда тебе говорил, — рявкнул он, — никогда так не делать!

Рюк хихикнул, отклоняясь назад.

— Даже не поздороваешься? — злорадно спросил он. — Столько времени прошло.

— Обойдешься без любезностей, Рюк, — карие глаза сузились. — Где она?

— Кто? Тетрадь Смерти или…

— Тетрадь смерти.

Рюк сунул длинную когтистую лапу в свою кожаную сумку и вынул оттуда две Тетради, одна из которых принадлежала лично ему, а вторую протянул Лайту:

— У тебя теперь их две, верно? — поинтересовался шинигами. — Эта, и та, которую ты получил от Рэм.

— Верно, — кивнул Лайт, взяв тетрадь Мисы и с благоговением проведя кончиками пальцев по мягкой кожаной обложке. — Сейчас в нашем мире всего три тетради, Рюк, две из которых у меня, а третья находится в полицейском участке. Ее изъяли, когда мы задержали Хигути.

— Как неосторожно с твоей стороны, — заметил Рюк, улыбаясь еще шире.

— Думаешь? — Лайт склонил голову, в который раз заставляя Рюка поразиться человеческим особям, которые не переставали его удивлять. — Когда Тетрадь Смерти в руках полиции, они наивно думают, что оружие Киры дает им какое-то преимущество. Но я должен вернуть ее себе.

Рюк ничего не сказал, только сорвался с места и перевернулся в воздухе, поднимая столп пыли.