Эйлогон

- Почему ты ушла из Вольного Города?

- Мне пришлось Эйли, обстоятельства оказались сильнее меня.

Мы шли по брусчатой дорожке в сторону небольшого каменного храма. Дождь продолжал идти, но уже не такой сильный, хотя порой небеса и озарялись ярким светом. Тогда Вильям начинал кричать и хвататься за мою левую руку. Я не был против, даже наоборот охотно позволял ему делать это.

Госпожа шла по правую руку, нежно обняв ее. Ее касания, пусть даже через одежду, оставляли ощущение жара и холода одновременно. Сотни мыслей носились в моей голове, множество эмоций охватывали меня, когда она поднимала свой взгляд из-под капюшона. Воспоминания, мечты, самые темные фантазии вновь возвращались, и трудно было сдержать самого себя.

- Не может такого быть. Ты по сути в одиночку умудрилась собрать союз против уберов! С твоими талантами у тебя не должно быть проблем в мире, где правят мужчины, - сказал я, продолжая смотреть на нее, в надежде увидеть все тот же грустный, загадочный взгляд лиловых глаз.

- Мужчины не постоянны, Эйли, - ответила Госпожа. – Ваши страсти сильны и необузданны, но стоит найти им путь утоления, интерес и азарт теряется. На смену одним страстям приходят другие, и они мало связанны с тем, что может дать женское тело. Именно так я и попала сюда, вынужденная искать новое место под солнцем.

Боже, как же я хотел крикнуть, что мои страсти так и не нашли утоления! Казалось бы, всего пару слов, и эта ночь, следующая ночь, и может даже больше ночей, станут воплощением человеческого порока, самых потаенных чувств! Я знал это, она знала это, но что-то меня останавливало.

Тогда в Вольном городе, Госпожа сломила мою волю. Побывав с ней в постели один раз, я осознал, сколь неумело и глупо тратил все годы предыдущей жизни, сколько еще удовольствия не испытал, сколько возможностей утерял. Тогда пришел и страх. Словно мальчишка, я стал бегать за ней, в надежде вновь получить свою порцию сладости. Это стало наркотиком, откровением, необходимостью. Я нашел силы побороть себя и уехал из города, покинул источник моего искушения, и даже подумал, что все кончено, что я переболел, и теперь мой разум вновь принадлежит мне.

Какой глупец. Стоило ей просто коснуться меня, как, казалось бы, крепкая воля дает совсем обычные трещины.

Спина вспотела, дышать становилось трудно.

- Кто такой Вильям?- я попытался перевести разговор.