Глава 19
АРТУР
Сегодня я решаю устроить Лии сюрприз. С каждым днём её поведение становится всё более странным, всё более текучим, и в этом для меня есть особое, почти эстетическое удовольствие. Она моя драгоценная кукла, а куклы нужно поощрять — особенно сейчас, пока Константин нас не нашёл. Он вернулся в Одессу два дня назад, но благодаря мерам, которые я подготовил заранее, он до сих пор не понимает, где именно мы находимся. Разумеется, в итоге Лию придётся отпустить. Эта мысль существует где-то на периферии. Но пока я с наслаждением оттягиваю этот момент, позволяя себе ещё немного времени.
Максим Янович заезжает утром, чтобы подтвердить: с ногой у Лии всё в порядке, физически она стабильна. Психика — другой вопрос. Врач замечает изменения, но обсуждать их со мной не решается. Он зол, напряжён и уходит слишком быстро, будто сам дом выталкивает его наружу. Мне это даже нравится.
Машина останавливается, и я обхожу её, открывая Лии дверь. На её глазах повязка, но она держится удивительно уверенно, словно уже приняла правила этой игры. Я беру её за руку и веду к зданию. На ней платье. Впервые я выбираю его сам, без Риммы, которая обычно занимается подобными мелочами. Сегодня мне хочется сделать это лично. Розовый — её любимый цвет. Платье лёгкое, летнее, почти невесомое. Она его ещё не видела и не увидит, пока я не решу иначе. Повязка остаётся на глазах, а Лия больше не пытается сопротивляться. Это удобно. Хотя, признаюсь, предсказуемость иногда утомляет.
Заброшенная психиатрическая больница стоит, как тёмный памятник прошлому. Пустые окна напоминают глазницы, стены когда-то были белыми, но теперь испещрены пятнами сырости и ржавчины, словно само здание медленно истекает временем. Стёкла выбиты или затянуты пылью, внутрь тянется паутина, реагирующая на каждый порыв ветра. Территория захламлена коробками и обрывками упаковки. Сюда давно никто не заходит — даже те, кому обычно некуда идти. Двери всегда открыты, но место всё равно обходят стороной.
Пять ротвейлеров подбегают к нам почти одновременно. Мощные, чёрные, с напряжёнными шеями и тяжёлым дыханием. Они двигаются плавно, без лишних звуков, считывая каждый мой жест. Я открываю ворота — и они замирают, будто по щелчку. Моя рука для них — сигнал. Команда, пароль, разрешение. Пока они ждут, не издавая ни звука, лишь удерживая в себе готовность сорваться.
Для других они звери. Для меня — продолжение системы безопасности. Тени.