Глава 4
НЕЗНАКОМЕЦ
Я безгранично долго думаю о том, куда могла исчезнуть моя маленькая непослушная негодяйка. Не сказать, что это беспокойство — нет. Это зацикленность. Навязчивость. Монотонная мысль, которая не отпускает. Вся тренировка проходит в её тени. С первой секунды, когда я начинаю разминку — та самая, где прыгаю на скакалке или разогреваюсь на беговой дорожке — я думаю не о теле, не о дыхании, не о темпе. Я думаю только о ней. И всё. Ни шаг влево, ни вправо.
Раньше я фокусировался на том, что на этом этапе уже должен идти пот — это знак, что организм входит в нужный режим. Сейчас я потею оттого, что киплю изнутри. От неё. От одной мысли о ней. Я выкладываюсь до боли в мышцах ещё до начала подходов. И это не тренировка — это ритуал жертвоприношения. В который я приношу свою голову на её алтарь.
Я представляю, как она спит. Болезненно. Слабо. Но спокойно. Без меня. Это раздражает. Сладко раздражает. Я задаюсь вопросом: вспомнит ли она меня сегодня? Вспомнит ли так, как я её? Или это чувство живёт только во мне? От ощущения её беспомощности у меня фантомная дрожь в коленях. Только я могу ей помочь, только благодаря мне ей стало сегодня лучше. Я овладеваю даже её здоровьем.
Иду дальше. Думаю, пошла ли она сегодня в универ. Это место почему-то так для неё важно. Почти как храм. И я уверен — если ноги её хоть немного держат, она туда пошла. Моя Лия там, среди других. Среди чужих. И мне неуютно от этой мысли. Она должна быть под моим контролем. Не под их взглядами, чужими словами, чужими запахами. Я ведь знаю, какие там бывают люди. Я ведь вижу больше, чем другие.
Но всё это — пустяки. Потому что сейчас меня беспокоит другое. Глубже. Острее. Это то, что я должен уехать. Из страны. Скоро. Не по своей воле, но и не без неё. Сложно объяснить. Это, как если бы кто-то снаружи надавил на затылок — не больно, но навязчиво. Ты чувствуешь, что должен двигаться, и иначе никак. Мои соревнования, тренировки — всё совпадает с её выпускным. Точная дата — в голове, как выжженная клеймом. Я проведу почти месяц в Атланте. Не меньше.
И да, я не хочу её оставлять. Одну. Совсем. Она ещё не понимает, как много вокруг тех, кто видит её неправильно. Кто смотрит на неё иначе, чем должен. Чем я смотрю. Чем мне позволено смотреть. Но чемодан уже собран. И это означает: игра скоро начнется.