Глава 34
Александра
Ты слышала о том, что Лейси Харпер едет по обмену в Германию? Она сказала, что первым делом купит билет на ближайший концерт Rammstein, мой приятель Чейз грустно смеётся, закуривая сигарету. Даже не верится, что её целый год не будет рядом.
Да, мы говорили с ней об этом, отвечаю ему я. Мне бы так хотелось быть на ее месте.
Я обнимаю себя руками, откидываясь на спинку скамейки.
Может вам стоит поменяться? предлагает он, и его глаза загораются надеждой.
Это так странно, наблюдать за тем, как парню плохо от того, что девушка, которую он любит, уезжает надолго в другую страну. Когда то, что мы любим, находится рядом, мы это не видим и не ценим, но стоит только потерять это, наши чувства разрушают внутренности, ломая кости, причиняя самую ужасную боль. То же самое сейчас происходит и со мной. Встретив Харви, я не думала о том, что когда то попаду в такую ситуацию. Что его лучший друг окажется моим заклятым врагом. То, что мне придется лгать ему. Обманывать, смотря ему в глаза. С момента появления Хантера, я то и дело, обманываю любимого человека. Я страдаю от руки больного маньяка, но я все так же не могу признаться Харви. Я не могу рассказать ему все. Я не могу быть с ним и продолжать эту игру. Вчерашний вечер был восхитительным. Он снова доказал, что я ему нужна. Но, черт возьми, он нужен мне больше, чем воздух, которым я дышу. Как вышло так, что я полюбила всем сердцем, и всем сердцем же пытаюсь скрыть правду?
Правда это сложно. О ней не так то легко говорить. Особенно, когда самой хочется забыть все это.
Эй, ты о чем задумалась? спрашивает приятель, толкая меня плечом.
Я слегка улыбаюсь ему и качаю головой. Мимо проходят студенты, недалеко от нас на лужайке танцуют черлидерши. Футболисты красуются перед девушками. Кажется, что все эти люди так беззаботны и счастливы, но так ли это на самом деле?
По твоему, она там встретит своего немца? на полном серьезе спрашивает Чейз, но меня это смешит.
Может, тебе стоит просто признаться ей в любви?
Выкурив сигарету, он бросает окурок в урну. Он действительно огорчен из за этих вестей. Но в очередной раз я убеждаюсь, что парням нужно действовать, не упускать свою судьбу.
Я не могу, еле слышно произносит он. Я пытался сотни раз. Но каждый раз, глядя ей в глаза, я начинаю заикаться и вести себя, как придурок.
Я прыскаю со смеху, но не от того, что это происходит с Чейзом. Точно так же было у Хантера с Дженнифер. Он пытался ухаживать за ней. Но каждый раз вел себя, как дурачок. Он был влюблен в нее. Она любила его. Что произошло между ними? Почему отношения, которым все завидовали, закончились так плохо?
Не смейся, ухмыляясь, просит приятель.
Прости, я просто вспомнила старых друзей, говорю ему я.
Друзей… Дружба так похожа на любовь. Всегда находится замена. Одних друзей заменяют другие, а любовь никогда не бывает последней. Найдется кто то, кто вернет жизнь разбитому сердцу.
Ты сегодня слишком много думаешь.
Слушай, начинаю я, повернувшись лицом к другу. Не хочешь порепетировать свою речь со мной?
Как в фильмах? – улыбаясь, предполагает он.
Я пожимаю плечами.
Ну, многие фильмы основаны на реальных событиях.
Нет, спасибо, отказывается он, хлопая ладошкой по моей ноге. Я и так выгляжу, как слизняк.
Я не успеваю ему ответить, как кто то со спины обнимает меня. Чейз резко убирает руку с моей ноги. Я хочу обернуться, но чувствую поцелуи на макушке. Харви. Только он так может сделать. Смотрю на руки на своей талии, и лишний раз убеждаюсь, что этот парень не перестанет менять своих привычек.
Привет, шепчет он мне на ухо.
Вскинув голову, я ему отвечаю:
Не ожидала тебя здесь увидеть.
Харви целует меня в лоб, определенно игнорируя Чейза.
Эмм... думаю мне пора, замешкавшись, говорит приятель.
Харви будто только сейчас замечает его. Он отпускает меня и протягивает руку для пожатия моему другу.
Харви, представляется он.
Не думаю, что в этом городе есть люди, которые не знают тебя, говорит Чейз, отвечая на рукопожатие. Я Чейз.
Ты не против, если я украду у тебя Александру? интересуется Харви.
Я закатываю глаза, и приятель это замечает. Он сначала ухмыляется, и мне даже кажется, что он сейчас отрицательно ответит Харви, из за чего после случится бесплатный концерт. Но я ошибаюсь.
Конечно, отвечает Чейз парню, стоящему позади меня, а после смотрит в мою сторону. Я прислушаюсь к твоему совету.
Подмигнув мне, он оставляет нас одних.
Что за совет? спрашивает Харви, присаживаясь рядом со мной.
Я складываю руки на груди и с вопросительным взглядом на лице гляжу на любимого человека.
Ладно, говорит он, оперившись локтями в коленки. Я здесь не случайно.
Да ну…?
У меня есть одно дело, в котором требуется твоя помощь.
Ты просишь у меня помощи? интересуюсь я, кусая губу.
В последние несколько дней не так то просто смотреть на Харви и не думать о нем... голом внутри меня, на кухонном столе, в его спальне, в душе. Я схожу с ума от желания. И, кажется, еще чуть чуть и я накинусь на него с поцелуями. Я смотрю на его губы, и желание растет. Он шевелит ими, что то говоря, но я не слушаю его. Облизывая губы, я поднимаю взгляд на его глаза. Ох, черт! Он все понял. Понял, что я думаю о нем. Я отвожу взгляд в сторону и слышу, как он смеется надо мной. Вот зараза! Я всегда теряю рассудок, находясь рядом с ним.
Ладно, поехали, взяв меня за руку, говорит он.
Надув губы, я плетусь за ним к парковке. Любопытные люди не перестают наблюдать за нами. Девушки, как обычно, увидев Харви, начинают визжать и перешептываться. Но он не обращает на них внимания. Переплетая наши пальцы, он тянет меня к себе. Вчера между нами спала стена, мы стали ближе, но не настолько, чтобы забыть все. Я люблю этого человека. Я хочу быть с ним. Мне хорошо рядом с ним. И без него все так плохо, что я просто не могу взять и поставить точку. Я и не хочу этого.
Харви едет не очень быстро по дорогам города. Прохладный ветер проникает в салон через опущенные стёкла. Воздух, несмотря на то, что свеж, кажется, наэлектризован. Близость с Харви сводит с ума и сбивает меня с мыслей.
Я, знаешь… я… долго готовил этот проект, и это будет только нашим. – На мгновение он отвлекается и смотрит прямо на меня. – Твоим и моим.
Ты говоришь загадками, нервно усмехаюсь я, ёрзая на месте и зажав ладони между колен. – Можно поточнее? Что ты придумал?
Харви подмигивает мне, а потом снова переводит взгляд на дорогу.
Сюрприз, Алекси. Сюрприз.
Как бы мне не было интересно, что Харви от меня скрывает, я всё равно не могу отвести глаз от мускулов, которые перекатываются на руках под его белой футболкой, когда он переключает скорость и сворачивает руль вправо. Я не могу никак сосредоточиться, когда смотрю, как он барабанит длинными пальцами по рулю и подпевает исполнителю, песню которого передают по радиостанции.
Что это? Джеймс Артур?
Кажется, это его песня «Is this love?».
Харви останавливает «Шевроле» на светофоре. Он улыбается, повернув голову ко мне, и я вижу, что он немного удивлён тому, что я так пристально на него смотрю.
В чём дело? – разводя слегка руками, усмехается он.
Я только сейчас почему то замечаю, что солнцезащитные очки у него поддерживают волосы на голове. Это смотрится так обаятельно, особенно, когда Харви жуёт при этом жвачку, улыбаясь мне уголками губ. Выступают ямочки на щеках, и я больше не могу сдерживаться. Отстегнув ремень безопасности, я привлекаю к себе Харви за шею и без промедления впиваюсь в его губы нежным поцелуем. Наши губы смыкаются, а потом я просовываю свой язык в его рот. Кажется, парень, немного изумлён, потому что он не отвечает на поцелуй пару секунд, но потом обе его ладони обхватывают моё лицо, и он, наклонив голову, сплетает наши языки. Он берёт инициативу на себя, но ненадолго, потому что несколько машин позади нас громко гудят, давая понять, что пора ехать.
Харви отрывается от меня, и я, наконец, замечаю, что горит зелёный свет. Парень нажимает на газ, облизывая губы. Я не могу упустить то, что он немного растерян. Однозначно.
Что это было? – вдруг говорит Харви, мотая головой.
Я прячу прядь волос за ухо и, сжимая губы, отвечаю ему:
Просто так. Захотелось.
Он глядит на меня так, словно я сказала, что видела летающего кита.
Что? – теперь вопрошаю я, пожимая плечами.
Но Харви лишь усмехается на это:
Немного неожиданно.
Да, и это было прекрасно.
Харви раздражённо вскидывает руку в воздухе и отключает вызов.
Звукорежиссёр приедет лишь через десять минут, говорит он извиняющимся тоном. – Он должен уже быть здесь!
Я всё ещё очень удивлена, что Харви привёз меня в студию звукозаписи, всю дорогу твердя, что он приготовил мне сюрприз. Мне ужасно не терпится получить свой подарок, но, честно говоря, я немного в растерянности. Может, 18:45 записали собственный альбом, и Харви хочет вручить первый экземпляр мне? Но зачем тогда нам нужен звукорежиссёр для этого? Может, все диски хранятся в закрытом помещении? Не знаю. Не знаю, но я в предвкушении.
Такая крошечная комната, разделённая на две кабины. В одной из них есть дверь, через которую мы вошли, чёрный кожаный диван, аппаратура, с помощью которой звуковик делает свою работу, как я понимаю. А в другой кабине, которая разделена от той части, где стоим мы, стеклянной стеной, стоит специальная микрофонная стойка со студийным микрофоном, на которой висят наушники и стойка для планшета.
Почему мы здесь? – наконец, снова решаюсь я задать свой вопрос.
Вопрос, ответ на который сегодня интересует меня больше всего.
Скоро узнаешь, говорит Харви, обнимая меня сзади за талию. Он складывает пальцы в щепотку, приподнимая руку выше. – Со о овсем скоро.
Значит, осталось ждать недолго? – игриво спрашиваю я, закусив губу и поворачиваю голову к нему.
Ага, смеётся он, чмокая меня в губы. – Нетерпеливая моя. – Парень губами прикасается к моему плечу, и я будто кожей ощущаю его задумчивость и нерешительность. – Хотя, знаешь, думаю, будет неплохо, если я раскрою карты сейчас.
Он разжимает ладони, и я поворачиваюсь в его руках, находясь теперь с ним лицом к лицу. Харви проводит большим пальцем по моей скуле, отчего бабочки в животе машут крыльями более интенсивно. Я улыбаюсь, прикрывая глаза.
Что это? – растерянно моргаю я глазами.
Буквы на листке складываются в слова, слова в предложения, и вскоре я понимаю, что это текст песни. Её написал Харви? Название гласит: «Наполненные нежностью».
Ты написал песню? – радостно восклицаю я, обнимая парня одной рукой за шею.
Он улыбается.
Да, написал. Но… опустив глаза вниз, он некоторое время молчит. – Это лишь наша песня, Алекс. И я хочу, чтобы мы записали её вместе.
Взмахнув рукой, Харви указывает на стойку микрофона за стеклянной стеной. Во рту моментально становится сухо, как будто я ничего не пила целый день.
Ч что? – я мотаю головой в непонимании, невольно отходя на шаг назад. – Я н не могу… не могу…
Пожалуйста, Алекс, он ловит меня за локти, прижимая снова к себе.
Листок бумаги мнётся от соприкосновения с его грудью.
Просто послушай меня, ладно? – не унимается он.
Я никогда не пела! Я не смогу, даже если что то, что мы споём, останется лишь между нами.
Я слышал, как ты поешь в душе, или когда причесываешься у зеркала, примеряешь платья. Ты напевала разные песни, и я был очарован твоим голосом, признаётся Харви, вновь ласково погладив меня по щеке. – Давай просто попробуем? Если тебе не понравится, я не буду больше настаивать.
Он не говорит ничего, пока я думаю над его словами. Это абсурдно! Я никогда не замечала за собой вокальных данных. Но Харви так смотрит на меня, словно от моего ответа зависит его жизнь. Как же сложно отказать человеку, которого любишь! Да и тем более, он так готовился, он писал эту песню, написал сам, скорее всего, и музыку тоже. И для него действительно важно, чтобы я согласилась.
Пригладив волосы ладонью, я говорю:
Но если у меня не будут получаться…
Мы прекратим, решительно заявляет Харви. – Обещаю, произносит он, наклонив голову вбок.
Выдохнув, я опускаю руки на его грудь. Харви забирает у меня текст с песней.
Почему там только один куплет? – спрашиваю я, заинтересовавшись.
Парень не успевает ответить, потому что в студийную комнату влетает взрослый мужчина с кучерявыми чёрными волосами на голове, и в руке он держит сумку с гитарой. Он бросает её на диван и снимает с себя лёгкую осеннюю курточку, салютуя нам.
ЗдорОво! – крепко пожав ладонь Харви, говорит он, а потом обращает свой взгляд на меня.
Хороший выбор, подмигивает он, глядя на Харви. – Ты ведь Александра, да?
Да, отвечаю я немного стеснительно.
Сам знаю, Хоук, отвечает ему парень, обнимая меня за талию.
Его замашки пещерного человека…
Прости, что опоздал, говорит мужчина, присаживаясь за свой пульт.
Он даёт нам знак, что мы можем пройти в кабинку. И Харви ведёт меня туда.
Это звуковик, с которым вы обычно работаете? – шёпотом интересуюсь я у парня, пока он надевает наушники.
Вновь притягивает меня к себе, прежде зажав листок в стойке для планшета.
Ага, бормочет он, уткнувшись мне в шею.
Ммм, протягиваю я, решая подразнить своего собственника. – Хотя, на самом деле я так совсем не считаю.
Что ты сказала? – резко вскидывает голову Харви.
Его зелёные глаза горят огнём. Ещё чуть чуть, и они нальются кровью.
Да ладно тебе, несильно бью его в живот. – Я же пошутила. Хоук мне совсем не нравится.
Из другой стороны комнаты до нас доносится твёрдый немного прокуренный голос режиссёра:
Микрофон включен, ребята, и я, вообще то, всё слышу, откашливается он в кулак.
Мы с Харви пересмеиваемся, глядя, то друг на друга, то на Хоука.
Извини, тихо произношу я в микрофон.
Звуковик кивает головой, а потом снова нажимает на жёлтую кнопку, чтобы связаться с нами:
Не то чтобы я особо рассчитывал на что то, но я серьёзно тебе не нравлюсь? Совсем? – спрашивает он, а в глазах его пляшут смешинки.
Я хихикаю, прежде чем ответить:
Может, совсем немного…
Рука Харви прижимает меня к себе теснее.
Кажется, кому то скоро надерут зад, пропел парень, наклоняясь к микрофону.
Теперь мы с Хоуком гогочем над Харви, но он ревнует всерьёз, и ему не смешно. Я щипаю его за бедро, чтобы снять немного напряжение в этой части комнаты.
Ладно. – Шлёпнув себя по ноге, объявляет звукорежиссёр. – Давайте начнём.
Харви поднимает с журнального столика, стоящего позади, ещё одни закрытые наушники и надевает их мне на уши, подключая к общей системе. Я слышу удивительно нежную мелодию, пропитанную любовью. Играет гитара. Через буквально несколько секунд, Харви начинает петь, глядя мне в глаза:
«Я бы не хотел ничего менять из того, что было между нами,
Кроме тех моментов, когда я вёл себя, как дурак.
Когда мы встретились впервые, я отрицал те чувства, которые зарождались.
И ты, возможно, до сих пор не знаешь, что я тогда думал о тебе.
Что я думал о тебе на самом деле».
Я знала, что Харви невероятно талантливый парень, но этот поступок делает его в моих глазах ещё более непревзойдённым. Он поёт куплет заново, когда Хоук просит это сделать, уточнив все ошибки. Следующие слова поражают меня своей искренностью:
«Ты пробила мою прочную бронь одним лишь взглядом...
Твоя сила, надежда на лучшее сотворили невозможное...
Ты сотворила меня, детка!
И теперь я без остатка принадлежу тебе».
Отлично! – комментирует Хоук.
Музыка выключается, и Харви, скрестив наши пальцы, кивает головой:
Теперь вместе.
Звукорежиссёр обращается ко мне:
Ты понимаешь мотив, Александра? Попробуешь сначала сама?
Я заметно нервничаю. Харви пытается меня поддержать, когда я киваю.
Да, давай.
Мелодия снова играет, и я чувствую её. Я знаю, что сейчас нужно спеть. Глядя в листок, я набираюсь храбрости.
«Мы словно огонь и вода
Две стихии, не способные жить друг без друга.
Две стихии, не умеющие существовать без любви.
Мы горим и бушуем,
Сгораем и бьёмся о скалы,
Но ты и я, словно огонь и вода,
Словно вода и огонь
Ты и я вместе навсегда».
Хоук нажимает на нужную кнопку, и комната погружается в тишину. Ни Харви, ни режиссёр не произносят ни звука, и мне начинает казаться, что просто я спела очень плохо, поэтому никто не решается вымолвить хоть слово.
Это было превосходно, произносит Харви, прижавшись тёплыми губами к моему лбу.
Правда? – вскинув глаза на него, с дрожью в теле спрашиваю я.
Да, усмехается он и тянется, чтобы поцеловать меня.
А теперь, Хоук прочищает горло, сделайте это вместе, только немного громче.
«Мы словно огонь и вода
Две стихии, не способные жить друг без друга , поём мы, взявшись за руки.
Две стихии, не умеющие существовать без любви.
Мы горим и бушуем,
Сгораем и бьёмся о скалы,
Но ты и я, словно огонь и вода,
Словно вода и огонь
Ты и я вместе навсегда».
Хоук аплодирует, однако, присев снова на свой стул, он требует:
Я знаю, вы можете лучше. Так что, покрутив указательным пальцем, указывает на нас. – Давайте ка ещё раз.
Первые две строчки даются мне хорошо. Никогда не думала, что это настолько увлекательное занятие – записывать песню. Слышать свой голос, ощущать музыку, которая, кажется, течёт в твоих жилах, смешалась с кровью и составляет часть тебя. Произнося третью строку, я перевожу взгляд на дверь как раз в тот момент, когда она резко открывается, а в студийку входит … Хантер…
Слабость в теле сразу даёт знать о себе. Я чувствую, будто земля уходит у меня из под ног. Я чуть было не роняю микрофон, но Харви ловит меня, тем самым, не давая упасть. Мелодия, естественно, перестаёт проигрываться. Харви сначала снимает наушники с меня, а потом – с себя.
Всё в порядке? – прижав ладони к моим щекам, спрашивает парень, усадив на журнальный стол.
Я не могу ничего сказать. Замечаю краем глаза, как Хантер и Хоук здороваются, улыбаясь друг другу. Потом Хоук заглядывает в кабинку со стаканом воды и подаёт его мне. Я благодарю его.
Эй, ребята, всё хорошо?
Да, кивает Харви, выглядя всё ещё обеспокоенным. – Алекс просто перенервничала.
Он отходит в сторону и просит Хоука тоже отойти.
Смотри, детка, это всего лишь Хантер.
Я киваю, пытаясь дышать ровно, и отвожу взгляд.
Харви говорит другу и звуковику:
Доктор предупреждал, что так будет. Это что то типа посттравматического синдрома. Ей резко может стать плохо, или она может заплакать…
Харви говорит тихо, как будто, думает, что так я его не услышу.
Ох, отвечает ему Хоук. – Это ужасно, когда с молодыми девушками случается такие вещи, как с Алекс.
Хантер имеет наглость согласиться с ним.
Действительно! – восклицает он. – А полиция, как всегда, не может раскрыть преступления!
Голос Хоука высок и звучит немного истерично.
У меня у самого маленькая дочь. Когда я слышу или читаю про такие случаи, я, наверное, боюсь за Люси больше, чем жена.
Подняв голову, я отдаю стакан с водой, который теперь почти пуст, звуковику.
Прости, Алекс, ты не сильно расстроилась, узнав, что я в курсе о том, что случилось с тобой? – вопрошает он, забирая из моих рук стакан.
Я грустно усмехаюсь.
Нет, пожимаю плечами. – Об этом ведь весь город знает.
Хантер вдруг выходит вперёд, садясь на корточки передо мной. Я резко отвожу голову назад, надеясь на то, что это осталось не замеченным для остальных. Как же я боюсь его, хоть у меня и нет доказательств, что оставил меня в лесу именно он. Как же я его боюсь!
Алекс… я не знаю, что сказать… Господи! Он выглядит таким разбитым и опечаленным. Не могу поверить, что кто то может играть настолько хорошо. Мне так жаль… Я просто надеюсь, что скоро ты забудешь об этом кошмаре и ты сможешь жить обычной жизнью…
Харви кладёт на плечо лучшего друга ладонь. Он никогда не поверит, что Хантер не желает мне добра.
Я был в Хантсвилле, когда всё случилось. Прости, что не смог приехать сразу, как узнал, что приключилось с тобой…
Ха! Приключилось!
Если мой лучший друг страдает, я страдаю вместе с ним, поясняет Хантер. – Если любимая девушка моего лучшего друга страдает, я так же страдаю вместе с ней.
Пытаясь не раствориться в его фальши, я сглатываю и выдавливаю из себя улыбку. На удивление парня с голубыми глазами, я кладу свою ладонь на его и сжимаю её.
Всё хорошо, не переживай за меня. Я с этим справлюсь.
Он стискивает зубы, сощурив глаза. И это вижу только я. Вижу, как огни ненависти появляются в его злом взгляде.
Конечно, говорит он, улыбаясь. – Ты справишься. Ты ведь сильная.
Потом он вскакивает на ноги, а мне удаётся, наконец, выдохнуть. Рядом садится Харви, приобняв меня.
Люблю тебя, шепчет он мне в волосы.
Хантер хихикает, взяв листок с песней в руки, и шутит:
Песня? Ничего себе, Харви! Хочешь, я вместе с тобой спою?
Харви в ответ, смеясь, показывает другу средний палец.