Глава 31
Харви
Страх и паника овладели мной. Алекс ее нет. Она не могла просто так исчезнуть. Что то случилось, и я боюсь, что что то очень нехорошее. Обеспокоенные лица сестры и ее парня не придают мне уверенности. Уверенности в том, что все хорошо, что с Алекс все в порядке. Я очень долго думал над тем, о чем они оба говорили вчера по поводу случившегося между нами. Алекс действительно всегда была порядочной. По крайней мере, я не наблюдал за ней чего либо ужасного. И если бы было так, то стала бы она до девятнадцати лет оставаться невинной?! Но кто знает, возможно, в тихом омуте серьезно водятся черти.
Закрыв глаза, я сжимаю ладони в кулаки. Это я во всем виноват. Я прогнал ее. Я не стал слушать Александру. Но, черт возьми, она пыталась обвинить во всем моего лучшего друга. Почему? За что? Этот вопрос меня мучает, и я не знаю, как найти ответ. Перед глазами мелькают картинки. Она в объятиях другого. Она целуется с ним. Алекс изменяет мне. Нет, нет, нет. Это не правда. Это всего лишь мое воображение. Алекс не поступила бы так. Она любит меня, не так ли? Тяжело вздохнув, я понимаю, что совершил самую большую ошибку в своей жизни. Я был виновником того, что Алекс весь вечер пила в компании других мужчин. Это я оставил ее, не предупредив и ничего не объяснив. Это я обнимался с девушкой, которая когда то была моей подругой. Это я так поступил с ней. Это я позволил уйти ей. Это я виновен в том, что произошло с ней. Но сейчас, я должен выяснить, где находится моя девочка, а после уж понять, что же произошло с ней прошлой ночью и почему она винит во всем Хантера. Да, я сделаю это. Я найду ее, я узнаю все. "Где же ты, детка?" мысленно спрашиваю я. Время исправлять свои ошибки.
Я сейчас вернусь, говорю я Нейту и поднимаюсь в свою комнату.
С чего мне начать? Должны ли мы позвонить в полицию? Что, если Алекс остановилась у кого то из друзей? Нет, так дело не пойдет. Мы должны найти ее, несмотря на то где и с кем она. Я спеша переодеваюсь, прокручивая в голове все места, где она могла бы быть. Есть ли у нее друзья, о которых не знает даже Нейт? Я не думаю. Он и Дейзи единственные близкие друзья Алекси. Обуваю ботинки и, схватив ключи со стола, выхожу из комнаты. Но что то меня останавливает и заставляет вернуться обратно в комнату. Я останавливаюсь в проеме дверей, и мой взгляд падает на сломанный телефон, валяющийся возле кровати. В голове тысяча мыслей. Тысяча вопросов. И одно решение. Я поступаю, как полный кретин, но я должен кое в чем убедиться. Я поднимаю телефон и в последний раз думаю, правильно ли я поступаю. Ясно же, что нет, но у меня нет другого выбора. Я должен знать. Найдя нужный номер, я звоню лучшему другу. Спустя три гудка, Хантер весело отвечает:
Хей, бро.
Я нервно сглатываю, не зная, о чем говорить, что спрашивать, а, точнее, как спрашивать.
Привет. Ты уже дома?
Да. Что то случилось? обеспокоенно спрашивает он.
Нет нет, запинаясь, отвечаю я.
Черт! На долю секунду я засомневался в Хантере.
Я, было, уже подумал, что он еще здесь в городе. Что Алекс снова решит обвинить его. Но сейчас я спокоен.
У тебя взволнованный голос, замечает друг. Я могу вернуться.
Я смеюсь над ним, вспоминая, что Хантер из за любой мелочи может бросить все и примчаться ко мне.
Как дела дома?
Напряженно, но ты убегаешь от темы.
Нет, все в порядке. Я просто хотел убедиться, что ты уехал, а не остался нянчиться со мной.
Хантер так же, как я, смеется, но я не перестаю думать об Алекс.
Ты же знаешь, за определенную плату, я вечность просижу возле твоей задницы.
Я не сомневаюсь в этом. Хантер, мне нужно бежать, я позже наберу.
Окей, дружище.
Я отключаюсь, и мне становится легче. Хантера здесь нет. Но нет и Александры. И нам, как можно скорее, нужно найти ее. Я все еще хочу знать, почему она так относится к моему другу, однако все это потом.
Я спускаюсь вниз, где Нейт ходит из угла в угол, а Мелисса кусает ногти, сидя на полу. При виде меня она вскакивает, будто я вернулся с новостями.
Что ты решил? интересуется сестра.
Нейт обнимает ее за плечи.
Я думаю, все же стоит позвонить копам, но станут ли они разбираться с этим? Сколько прошло с того момента, как Алекс ушла отсюда вчера?
Она не ушла. Это я помог ей уйти. Я чертов ублюдок. Все это случилось из за меня.
Мы можем хотя бы попытаться, говорит Мел.
Я киваю, соглашаясь с ней. Такое чувство, будто я специально тяну со звонком в полицию. Нужно признать, что я боюсь. Боюсь, что нам сообщат плохие вести.
Я не перенесу этого. Мое сердце бешено стучит в груди. Я снова пытаюсь казаться сильным, но внутри у меня все разрывается. Мне нужно увидеть Алекси: ее необычайно красивые голубые глаза, длинные, золотистые волосы, каскадом спадающие на плечи, ее губы... Как я мог так поступить с ней? С девушкой, которая поверила мне, она доверилась мне, она, черт побери, подарила мне свою девственность. А я при первой же непонятной ситуации оттолкнул ее. Я ее предал не она меня.
Харви? зовет меня Нейт, дотрагиваясь до моего плеча.
Я часто моргаю, смотря на него. Видимо, я прослушал то, что говорили мне.
Прости, я задумался.
С тобой все в порядке? интересуется Мел.
Да да, уверяю ее я, но сам даже не уверен в этом. Я позвоню в полицию.
Я отхожу в сторону, совершенно не соображая, что делаю. Я набираю номер Алекс, в надежде услышать ее сладкий голос, но меня приветствует снова голосовая почта, и тогда я набираю 911, но не решаюсь нажать на кнопку вызова. Вдруг неожиданно телефон Нейта оживает, а он торопится ответить на звонок. Я молюсь, чтобы это была Алекс. Или хотя бы, чтобы нам сообщили хорошие новости.
Да? кричит он в трубку.
Я не слышу, что там говорят ему, и кто говорит, но бойфренд моей сестры меняется в лице. Он становится бледным. Мое сердце падает вниз так же, как мой телефон. От стука об пол на меня оборачиваются две пары глаз. Глаза Нейта расширяются и он торопится сказать:
Она жива. Все в порядке. Она жива.
Я делаю шаг в его сторону.
Что значит жива? Как ты мог вообще подумать…?
Она в больнице, перебив меня, заявляет Нейт.
Мое сердце во второй раз ухает вниз. Она в больнице. Моя девочка в больнице. С ней что то случилось? Как она там оказалась? Почему?
Мы выезжаем, говорит блондин, вешая трубку.
Я в упор смотрю на него, совершенно не замечая, что Мел плачет.
Эй, все в порядке, говорит Нейт, обнимая ее.
Что случилось? Кто звонил? сквозь плач спрашивает сестра.
Дейзи. Ей позвонила мама Алекс. Она не знает, что с ней случилось, но их вызвали сюда.
Они уже в Арлингтоне? интересуюсь я.
Да, и нам нужно будет заехать за этой сумасшедшей девчонкой, торопясь, отвечает Нейт.
Поехали, приказываю я, взяв сестру за руку.
Мы спускаемся вниз на парковку. Никто не пытается что то сказать. У каждого из нас такие измученные лица. Я больше чем уверен, что моя сестра и ее бойфренд пытаются понять, что же случилось с их подругой. Я не отстаю от них. От этих мыслей моя голова начинает раскалываться. Но что же все таки могло случиться? Почему она попала в больницу? Я хочу как можно скорее оказаться рядом с Александрой. Поэтому, как только мы садимся в машину, я трогаюсь с места, совершенно не соблюдая правил дорожного движения.
Харви, сбавь скорость, просит Мелисса, но я не могу. Ты хочешь, чтобы мы тоже оказались в госпитале в качестве пациентов?
Я хочу быть рядом с ней. Я хочу знать, что стряслось, грозно говорю я, несколько раз ударяя по рулю.
Не вини себя в этом, говорит Нейт, от чего я косо смотрю на него. Мы все виноваты, добавляет он.
Это я виноват и только я. Если бы не мои выходки, Мел и Нейт были бы рядом с ней, но нет же, черт возьми, я вел себя как мудак. Я не отвечаю ему, абсолютно не желая продолжать этот разговор. Все и так ясно и понятно. Алекс... Боже, мне даже страшно подумать, что случилось с ней. Через что ей пришлось пройти. Простит ли она меня? Ха! Конечно, нет, чертов ублюдок. Ты не достоин прощения. Ты не достоин ее.
Мы подъехали к кампусу Александры, где возле ворот нас дожидалась Дейзи. Ее взгляд прожигал меня насквозь. "Давай, смелее. Надери мне зад. Этого я уж точно заслуживаю".
Дейзи садится рядом с Мелиссой и первые несколько секунд она молчит, а после, не выдержав, взрывается как атомная бомба:
Какого черта произошло вчера? Никто не желает объяснить?
Нейт опускает голову. Я понимаю его. В трудную минуту он был рядом не с другом, а с братом алкоголиком своей девушки.
Она приходила ко мне. Я..
Я знаю это, рычит она. Что случилось там? Ты ее выслушал?
Нет, отвечаю я, качая головой. Я прогнал ее.
Я завожу машину, и мы направляемся в больницу. Дейзи подозрительно долго молчит, я решаю ей все объяснить, но она опережает меня.
Ты хочешь сказать, что ты прогнал свою девушку, даже не выслушав ее?
Нет, она пыталась обвинить во всем моего друга.
Хантера, с ненавистью в голосе произносит она его имя. И ты естественно веришь ему, а не ей.
Я никому не верю, сквозь зубы отвечаю я.
Дейзи, Хантер всю ночь был с нами, говорит Нейт.
То есть, как?
Вот так. Он отвез ее домой и спустя полчаса вернулся обратно; он был с нами на вечеринке, объясняет друг моей девушки.
"Бывшей девушки", услужливо напоминает подсознание. Как же все это меня бесит. Так и хочется сломать кому нибудь челюсть! Я и сломаю, когда узнаю, кто был тот, кто ответил мне, когда я звонил Алекс вчера утром.
Вы в курсе, что он ей давал какую то таблетку, якобы от головной боли? А что привез ее сегодня утром он же? Вам это не кажется подозрительным, а, ребят? вопрошает Дейзи, глядя поочередно на каждого из нас.
Все это очень даже подозрительно и странно. Но как такое возможно? Он же был с нами и уехал вместе со мной, только вот я поехал к своей девушке, а куда Хантер мне неизвестно.
Подозрительно, шепчет Мелисса.
Нейт кивает головой, соглашаясь с ней. Но ни у кого из нас нет доказательств. Так же, как и у Алекс.
Прости, Харви, но я все же скажу это, произносит Нейт, поднимая руки вверх. Мы не знаем, что произошло, когда он отвез Алекс домой, мы лишь поверили ему, что он доставил ее в целости и сохранности. То, что он был ночью с нами это факт. Мы все свидетели. Но что, если утром он вернулся за ней туда, где оставил ее?
Это бред. Хантер на такое не способен.
Откуда нам знать, на что он способен? заводится Нейт, сводя брови у переносицы.
Я знаю! отвечаю я, совершенно не сдерживая свой гнев.
А мы лишь знаем, что он уже за что то сидел в тюрьме!
Услышав то, о чем он говорит, я резко нажимаю на тормоз. Я не слушаю ворчание девушек. Мне плевать. Сейчас абсолютно все сплотились против моего друга. Но я не позволю им обвинять его.
Я говорил тебе, его оклеветали!! ору я.
Нейт даже бровью не повел. Мне нравится то, что он не боится меня. Он смелый и храбрый. И хорошо, что он есть у моей сестры. И у Алекс тоже.
Откуда тебе знать это? – размахивает он руками.
Просто верь мне.
Он снова поднимает руки, давая понять что сдается. Я понимаю, что сейчас глупо защищать кого то, но Хантер мне как брат. Я верю ему.
Мы продолжаем свой путь, и сейчас я не гоню, как раньше. Я на взводе, и скорость мне не поможет. Мне нужна ясная голова. Я должен сначала поговорить с Александрой.
А если у него есть сообщники? неожиданно спрашивает Дейзи.
Я смеюсь. Это истерический смех. Эти люди не понимают, что несут.
Почему вы все против Хантера? Разве он вам что то не то сказал или сделал?
Не знаю, как другие, но я верю своей подруге, говорит Дейзи, пожимая плечами. Алекс никогда не врет. И ей нет смысла клеветать на кого то.
Никто больше ничего не произносит. И я не отвечаю. Я уже не соображаю. Все, что они говорят про Алекс чистая правда. Я вспоминаю наш первый день "знакомства». Она спокойно постояла за себя. И даже потом, когда я давил, когда был грубым придурком, она все так же твердо стояла на ногах и все говорила в лицо. Эта девчонка не побоялась протянуть руку такому моральному уроду, как я. Что случилось с ней сейчас?
Улицы города проплывают мимо, одна за другой. Моё сердце бьётся в груди, словно обезумевшее. Я должен скорее увидеть её. Всё кажется таким ненастоящим. Мне даже кажется, что она не в больнице, что это всё неправда. И лишь увидев её в больнице, лежащей на больничной койке, я смогу поверить, что ей навредили. И тогда я должен убедиться, что её жизни ничего не угрожает. Пришла ли Алекс в себя? А теряла ли она вообще сознание? Мама Алекс не сообщила о том, что случилось с ней, но десятки вопросов крутятся в моей голове, создавая настоящий хаос. Пока я веду машину, я не могу сосредоточиться на чём то одном: голоса в салоне смешиваются со звуками, что доносятся из открытого окна: визгом машин, разговорами прохожих, музыкой, доносящейся из магазинов, и это просто выводит меня из себя. Раздражает абсолютно всё. Я сжимаю руль крепче, стискивая зубы, и жму на газ сильнее, молясь, чтобы полицейский патруль не последовал за нами, требуя остановиться.
Наконец то, автомобиль въезжает в подземную парковку Мемориального госпиталя, и пока я выключаю двигатель, Мелисса, Нейт и Дейзи выходят из машины, двигаясь в сторону лифта. Я следую за ними. Кабина едет наверх слишком медленно. Нервы сдают, хочется врезать кулаком в ещё одну стену, хочется напиться, сделать хоть что нибудь, чтобы утолить горечь вины внутри.
Створки лифта расходятся, и мы выходим на четвёртом этаже – отделение реанимации.
Я слушаю вас, сэр, опуская планшет с зажимом, приветливо улыбается старшая медсестра – я прочитал это на её бейдже. – Я могу вам как то помочь?
Да, эээ… Я теряюсь, провожу рукой нервно по лицу и упираю другую руку в бедро, приводя дыхание в норму – Да, можете. Подскажите, как нам попасть в палату…?
Смотрю на Дейзи, которая подсказывает:
Номер 84.
Номер 84, повторяю я, пока мой пульс учащается в ожидании ответа старшей сестры.
Её зовут Кайла Джонс. Это я тоже прочитал на её бейдже. Ее волосы заплетены в африканские косички, и это смотрится довольно мило в сочетании с пухлыми губами и
прямым носом. Она, кажется, понимает, в чём дело, глядит в свой планшет.
В 84 палате лежит девушка, найденная без сознания в лесу, читая, говорит она, и перед моими глазами все начинает темнеть. В лесу? Без сознания? Как такое возможно? Как она попала туда? Что произошло с моей девочкой? Мисс Александра Аддерли…
Да, вскрикивают Нейт и Мелисса в унисон. – Да! Это она! Мы можем увидеть её?
Кайла обводит взглядом каждого из нас, и в её глазах можно заметить столько доброты и сочувствия.
Сожалею, но только в том случае, если вы являетесь членом ее семьи…
Мы же ее друзья, прижав ладонь к груди, с чувством выдаёт Дейзи.
Однако Кайла мотает головой и пожимает плечами. Какого хрена? Мы обязаны увидеть Алекс! Я обязан! Я не могу стоять здесь и ждать, когда над нами сжалятся и пропустят. Они не имеют права останавливать нас.
Нет, я не могу вас пропустить, ребята. Простите, но таковы порядки, с сожалением в голосе произносит она.
Если вы нас не пропустите, мы пройдем без вашего ведома, говорю я, показывая на нее пальцем.
Кайла улыбается мне и поправляет стетоскоп на шее.
Если родители мисс Аддерли не против, то вы можете пройти, уведомляет она, показывая рукой на супружескую пару, беседующую с врачом.
Медсестра удаляется, и я провожаю ее взглядом, а потом смотрю на отца и мать Алекс на мужчину средних лет и женщину примерно того же возраста возле большого панорамного окна. Её мама – красивая женщина с короткой стрижкой, и Алекс очень похожа на нее.
Не медля, мы вчетвером шагаем через весь холл, чтобы поговорить с ними, чтобы вымолить у них хоть одну встречу с Александрой. Мне боязно от того, что они, находясь в шоковом состоянии, могут отказать.
Добрый день, здороваюсь я, стараясь унять дрожь в голосе.
Пожилой врач поворачивается к нам, прервав свою речь. Я обращаю внимание на заплаканные голубые глаза матери любимой девушки. Глядя на отца, я вижу человека, который пытается совладать со своими эмоциями, но ему сложно скрыть то, как он переживает.
О, Дейзи… произносит мама Алекси, и спешит ее обнять.
Миссис Аддерли, отвечает она на ее объятия.
Нейт, говорит мама Алекс, обнимая и его.
Прошу прощения? – вмешивается врач, и в этот раз я даже не стараюсь вычитать что то на его личном бейджике.
Я смотрю только на родителей Александры. Они должны выслушать меня и понять.
Все в порядке, мистер Блэк, отвечает миссис Аддерли.
Мы – друзья Алекс, осторожно произносит Мел. – Нам нужно увидеть ее. Пожалуйста…
Мел говорит тихо и слишком эмоционально.
Мне очень жаль, но к ней пока нельзя, отвечает доктор Блэк.
Отец Алекс опускает голову, и что то произносит себе под нос. Я сжимаю ладони в кулак. Я пытаюсь справиться со своим гневом. Что, черт возьми, случилось с Александрой, что нас не пропускают к ней? Я хочу знать все!
Ты, по всей видимости, Мелисса, говорит миссис Аддерли, обращаясь к моей сестре.
Я обращаю на нее внимание, и боль с новой силой бьет по мне. Эта милая женщина пытается нас успокоить, заводя разговор.
Ей тяжело, это видно, но она пытается снять с нас напряжение. Она так ласково разговаривает с моей сестренкой, что я еле сдерживаю слезы. Алекс рассказывала, что ее мама очень хочет с нами познакомиться. Но я даже подумать не мог, что наше знакомство пройдет здесь в больнице, возле палаты, где лежит Алекс. Я отворачиваюсь, вытирая уголки глаз. Мне не хватает наших родителей. Я бы отдал все, чтобы сейчас они были рядом с нами.
Харви? зовет меня женщина с очень приятным мелодичным голосом.
Я поворачиваю к ней голову, пытаясь выдавить из себя улыбку, но у меня плохо получается.
Алекс много рассказывала о вас, говорит она.
Я киваю, но после мое внимание привлекает строгий голос отца Алекси.
Харви? удивленно повторяет он мое имя. Тот самый парень моей дочери? – с презрением вопрошает он.
Бывший парень, поправляет отца Алекс Нейт.
Тот самый, который не смог гарантировать ей безопасность? – словно, не слыша слова Нейта, продолжает он.
Это не его вина, вмешивается Дейзи.
Не его вина?! – мужчина повышает голос, и жена кладёт ладонь на его грудь, стараясь успокоить.
Льюис, пожалуйста…
Он делает несколько вдохов и выдохов, поворачивая голову к окну, чтобы взглянуть на то, как машина скорой помощи выгружает очередного пациента клиники. Мужчина усмиряет свой пыл и снова глядит на нас, немного погодя, вглядываясь лишь в моё лицо. Но я говорю первым:
Я не знал… это моя вина…
Конечно! – соглашается он надменно.
Она в тяжёлом состоянии? – спрашивает Мелисса, и мне кажется, она готова заплакать в любую минуту.
Мать Алекс отвечает ей ласково:
Нет. Состояние стабильное: Александра сильно простудилась из за того что долгое время находилась под дождём, на её теле нашли ушибы, кровоподтёки, но ничего не сломано, к счастью. Кости целы. Я ничего не упустила, доктор? – Она, вытирая влажные щёки носовым платком, оборачивается к врачу.
И тут мы все, словно вспомнив о его существовании только что, обращаем на него внимание.
Нет, миссис Аддерли. – Он кивает. – Будьте уверены, полиция найдёт того, кто избил вашу дочь и оставил её промокать в лесу в одиночестве.
Доктор явно не настроен к нам дружелюбно, потому что бросает на меня раздражённый взгляд, как будто это я сотворил с ней такое? Погодите, что??? Избил…? Бросил в лесу…? От того, что говорит врач, у меня снова внутри всё переворачивается. Как будто я кожей чувствую, как плохо моей девочке! Я слышу, как вздыхают за моей спиной Мел и Дейзи: они тоже в шоке.
О, Боже... выдыхает Нейт, схватившись за голову. Как такое возможно?
Девушки уже не сдерживают слез. Каждый из нас винит себя в том, что случилось. Но виноват только я.
Я скатываюсь вниз по стенке, и прячу лицо в ладонях. Как я мог так поступить? Как? Черт, но я не знал, что все обернется так. Кому нужно вытворять такое с человеком? Маньяку? Врагу? Но у Алекс даже врагов нет. Я кусаю костяшки на пальцах. Я не справляюсь со своей злостью.
Я не могу ударить по стенке, я не могу разбить все, что тут есть. Я не могу даже напиться. Я лишь могу причинять себе боль.
Нейт с Мелиссой присаживаются на маленький красный диван, они сидят в обнимку, и он что то шепчет ей, гладя ее по голове. Дейзи общается с родителями Алекс. И я не перестаю замечать, как с отвращением на меня смотрит отец моей любимой. Я не обвиняю его в этом. Я все понимаю. И будь я на его месте, уже бы давно выкинул зад неприятного типа на улицу.
Из палаты Алекс выходит молодая медсестра. Она рассматривает каждого из нас, и ничего никому не сказав уходит. Я смотрю ей вслед, пока она не скрывается из виду и, резко поднявшись, быстро выговариваю:
Я сейчас вернусь.
Я бегу вслед за медсестрой, и молюсь, чтобы она не исчезла никуда. К счастью я нахожу ее возле регистрационной стойки.
Простите, говорю я, дотрагиваясь до плеча девушки.
Она поворачивается и, увидев меня, слегка улыбается. Возможно это хороший знак.
Я могу вам чем нибудь помочь?
Да, отвечаю я. Думаю, да.
Слушаю?
Не могли бы мы отойти в сторону? спрашиваю я, замечая любопытные взгляды людей на мне.
Девушка улыбается и выполняет мою просьбу. Я стою на месте, не зная, как поступить дальше. Я жалок.
Харви? зовет меня медсестра; я вскидываю брови в удивлении. Да, я знаю, кто вы.
Она закатывает глаза и слегка хихикает.
Я, было, подумал, что Алекс говорила обо мне, но скорей всего, эта девушка слышала о моей группе.
Я не спеша подхожу к ней, протирая руки.
Вы хотите знать, как самочувствие Александры Аддерли? спрашивает она.
Я киваю ей, но мне почему то хочется объясниться, поэтому без промедления я говорю:
Понимаете, начинаю, тяжело вздохнув. – Алекс моя девушка. Точнее, бывшая девушка...
Я протираю глаза и ненавижу себя за то, что произнес это ужасное слово – «бывшая».
В тот день, когда она пропала, мы сильно поругались, и я прогнал ее, наконец признаюсь в этом я.
Вы знаете, куда она направилась после вашей ссоры? спрашивает медсестра, сложив руки на груди.
Нет, честно отвечаю. Я думал, она вернется домой, но совершенно не ожидал такого. Я... я....
Вините себя в том, что случилось?
Я несколько раз киваю головой и шепчу:
Да.
Медсестра молчит с полсекунды, а потом, похлопав меня по плечу, говорит:
Не думаю, что Александра винит в этом вас.
Она что то говорила?
Нет. Она не такая уж разговорчивая.
А ее состояние? обеспокоенно спрашиваю я.
Мы сделали все необходимые анализы, отвечает она и глядит на меня в упор. В ее крови нашли наркотическое вещество.
Чтооо?! чуть ли не кричу я.
От удивления мои брови полезли на лоб. Наркотики? Черт, откуда они у нее?
Я понимаю, что многие музыканты ведут такой образ жизни и...
О чем, черт возьми, вы говорите? перебив ее, ору я. Мои ребята не принимают наркотики. Я их не принимаю. Я понятия не имею, откуда она могла взять их.
Тише, просит она, отводя меня за руку подальше в сторону.
Вы можете провести тест на наркотики. Мы все сдадим кровь, если это необходимо, уверенно говорю ей я.
Я не сомневаюсь в своих друзьях. Они не наркоманы, и они даже не балуются этим
Я не обвиняю вас или ваших друзей, но это факт. Возможно, ей е кто то «угостил», слишком быстро отвечает она.
Но кто мог это сделать? Кто? Меня будто осенило. Таблетка, о которой упоминала Дейзи… Ох, черт. Нет, этого не может быть. Это Им не может быть Хантер! Только не он. Это просто абсурд Заметив мое выражение лица, медсестра спрашивает:
Вы что то вспомнили?
Нет, вру я. Я должен у вас еще кое что спросить.
Да, конечно.
Помимо всего этого, больше ничего не случилось? спрашиваю, сжимая кулаки.
Девушка, которую зовут Джессика, изгибает бровь и с непониманием смотрит на меня.
Вы понимаете, что я хочу узнать? с нажимом говорю я.
Она собиралась ответить отрицательным кивком головы, но вдруг передумывает и произносит:
Ооууу, да. Я понимаю. К счастью, Александра не подверглась изнасилованию. По результатам анализов было установлено, что сексуального контакта у пациентки не было более семидесяти двух часов.
Мое сердце начинает бешено стучать. Алекс никто не трогал. Она не изменяла мне. Она сказала правду, но я ей не поверил.
Спасибо, шепчу я, закрыв глаза.
Я полный кретин. Я бросил свою девушку, я обвинил ее в том, чего она не делала, но сейчас я облегченно вздыхаю, совершенно потеряв голову, и забыв, что кто то все же ей причинил боль.
Медсестра уходит, оставив меня одного, прежде потрепав меня приятельски по плечу. Я задаюсь вопросом: неужели, если бы она не сказала мне этого, я бы не попытался вернуть свою девчонку? Я не знаю. Возможно, не так скоро. Но она пострадала из за меня. Я должен ее увидеть. Я так больше не могу.
Я возвращаюсь к своим друзьям и родителям Алекс. Ее отец все так же стоит возле окна, а мать общается с Нейтом.
Мелисса, заметив меня, идет ко мне на встречу.
Где ты был? интересуется она.
Нужно было кое что узнать, отвечаю я.
И что же?
В ее крови нашли наркотик, шепчу ей на ухо, чтобы никто нас не слышал.
Сестра от изумления открывает и закрывает рот. Я показываю ей, чтобы она молчала, и та соглашается, моргнув.
Пожалуйста, позвольте мне увидеться с Алекс, обращаюсь я к мистеру Аддерли.
Нет, отвечает отец Алекси. – Ещё не известно, кто обидел мою дочь вот таким образом, и я никому не собираюсь доверять, даже, так называемым, её друзьям!
Он непреклонен и категоричен. Я чувствую необходимость вспылить, накричать, выпустить пар, но я держу себя в руках и продолжаю умолять. Я готов стоять на коленях перед этим человеком, чтобы он поверил мне, как сильно мне дорога Алекс, и что я никогда не стал бы ей вредить. Никогда.
Прошу вас, сэр…
Я не хочу ничего слышать, отрезает он, а мать Алекс подходит к нему и берет его за руку. – Какой то щенок поиздевался над Александрой! Она была совсем одна, когда кто то причинял ей боль! И вот тут появляются «настоящие друзья», которым, видите ли, нужно срочно её увидеть, язвительно замечает Льюис.
Ему не понять, что даже если бы мы не были в ссоре, Александру могли бы подкараулить где угодно, где она находилась одна. Если кто то хотел причинить ей вред, наличие парня его не смущает. Во мне закипает злость, но я держусь из последних сил, чтобы не выплеснуть её прямо сейчас.
Пожалуйста, взмаливаюсь я; пусть они услышат меня, а не просто слушают, наблюдая за движением губ. – Я должен её увидеть.
Льюис снова фыркает.
И зачем же?
Я набираю воздуха в грудь, понимая, что сказанное мной в эту секунду, перевернёт весь мой мир с ног на голову.
Я люблю вашу дочь, мистер Аддерли.