part 10

Сон

После приёма прошло три дня.

Три дня, в течение которых ты почти не видела Пэйтона. Он исчезал рано утром, когда над садом ещё висел туман, и возвращался глубокой ночью, когда ты уже лежала в постели и прислушивалась к звукам дома. Ты слышала, как хлопала входная дверь. Как его шаги - тяжёлые, усталые - поднимались по лестнице. Как открывалась и закрывалась дверь в его спальню в конце коридора. Один раз ты услышала, как он остановился у твоей комнаты. Шаги замерли. Тишина. Ты затаила дыхание, сердце колотилось где-то в горле. А потом шаги возобновились - он ушёл к себе, и ты выдохнула, не понимая, разочарование это или облегчение.

На четвёртый день всё изменилось.

Утром ты спустилась к завтраку и увидела Пэйтона. Он сидел на своём обычном месте, но без ноутбука, без газеты, без чашки кофе. Просто сидел, глядя в окно. Его лицо было серым от усталости, как небо за окном. Под глазами залегли тени - ты никогда не видела их раньше. Он всегда был безупречен, а теперь... Теперь он выглядел как человек, который не спал трое суток. Как человек, который загнал себя до предела и всё ещё продолжал бежать.

Ты села напротив. Марта поставила перед тобой чашку чая - зелёного, с жасмином - и ты поднесла её к губам, не чувствуя вкуса. Ты смотрела на Пэйтона и ждала.

- Сегодня я дома, - сказал он, не поворачивая головы. Голос был глухим, лишённым привычной резкости. - Весь день.

- Хорошо, - ответила ты осторожно. - Это... хорошо.

Он повернулся. Его глаза - карие, глубокие - смотрели на тебя, но в них не было льда. Только усталость. И что-то ещё. Что-то, чему ты не могла подобрать название. Тоска? Благодарность? Или просто тихое, невысказанное желание быть рядом.

- Я подумал, - сказал он, - мы могли бы провести день вместе. Никаких приёмов. Никаких салонов. Никаких людей. Только ты и я.

Ты моргнула. Провести день вместе? Он и ты? Это было так не похоже на него, что ты на секунду подумала - ослышалась.

- Что вы хотите делать? - спросила ты.

- Не знаю. - Он чуть усмехнулся уголком губ, и эта усмешка была почти человеческой. - Я не очень хорош в этом. В «проводить время». Обычно я работаю.

- Я заметила.

Он посмотрел на тебя и вдруг - впервые за всё время, что ты его знала, - улыбнулся. По-настоящему. Уголком губ, но всё же. Это была усталая, короткая улыбка, но от неё у тебя внутри что-то перевернулось.

- Тогда предлагай ты, - сказал он. - Ты же у нас живая.