Глава 15
Пробуждение наступило не как мягкое возвращение, а как болезненное падение в реальность. Гермиона открыла глаза, и первым, что она ощутила, была не утренняя свежесть, а тяжелый, свинцовый ком тоски, лежащий на груди. Голова была чугунной, мысли – мутными и беспросветными. Воспоминания о вчерашнем вечере обрушились на нее с новой силой, окрашивая мир в грязно-серые тона. Никакой бодрости, никакого спокойствия, только уныние и гнетущее чувство вины.
Она с трудом поднялась с кровати, ее тело будто налилось свинцом. Одеваясь, она избегала смотреть в зеркало, не желая видеть свое бледное, осунувшееся от бессонницы отражение.
Спускаясь вниз, она уловила знакомый запах кофе и поджаренного хлеба, но сегодня он не вызывал в ней ничего, кроме тошнотворного чувства. В столовой уже накрывали стол. Эмма, сияющая и энергичная, повернулась к ней с теплой улыбкой.
— Доброе утро, милая! — ласково сказала она, подходя, чтобы обнять дочь. Но ее улыбка померкла, когда она увидела лицо Гермионы. — Боже, дорогая, ты хорошо спала? Ты выглядишь уставшей.
Гермиона лишь пожала плечами, отводя взгляд. Ее внимание метнулось к пустому стулу напротив, где вчера сидела Беллатрикс. Комок грусти подкатил к горлу.
— Белла... э-э... она вчера... — начала она, запинаясь, не зная, как сформулировать предложение, не выдав своего отчаяния.
Эмма, уже вернувшаяся к тостеру, кивнула, не видя ее мучительного выражения.
— А, да! Уехала по работе, — легко ответила она, доставая хрустящие тосты. — Оставила мне записку на кухне. Жаль, конечно. Это ваше Министерство... — она вздохнула с легким раздражением, — никогда не дает отдохнуть спокойно даже в выходные. Сказала, что срочный вызов, не могла отказаться.
Она произнесла это как нечто само собой разумеющееся, обычную бытовую неприятность. Но для Гермионы эти слова прозвучали как спасение. Не пришлось выдумывать. Даже тут Беллатрикс о ней подумала.
Она медленно опустилась на свой стул, чувствуя, как под ним уходит земля. Это не было простым тактическим отступлением или демонстрацией обиды. Это был уход. Четкий, недвусмысленный и абсолютно профессиональный — такой, какой не оставлял места для детских обид или ночных провокаций. Беллатрикс не стала тратить время на выяснение отношений. Она просто... уехала. Хотя чего ждала Гермиона, после своей тупой выходки.