Глава 53. Надежда

В ту ночь он вернулся в спальню лишь к утру. Ко времени его возвращения монастырь уже спал — кроме самураев Минамото, охранявших комнаты его семьи. В час волка перед самым рассветом, когда сильнее всего сгущается тьма, Дженни проснулась из-за шума. Темный силуэт мужа расплывался у нее перед глазами, и она моргнула несколько раз, чтобы сфокусироваться.

Тэхен развязал пояс, бережно уложил катану на подставку и снял тяжелое официальное кимоно. Он лег на футон позади жены и прижался грудью к ее спине, с недовольством отмечая, что та, кажется, замерзла. Зарывшись в ее густые распущенные на ночь волосы, поцеловал ее в шею и в висок. Полусонная, она забормотала что-то в ответ, намереваясь повернуться, но остановил ее, слегка сжав.

— Спи.

Та послушно засопела, сжав его ладонь, лежавшую у нее на груди.

Мужчина долго слушал ее тихое дыхание и следил за тенями, что отбрасывали на сёдзи тонкие ветви деревьев, в окружении которых стоял монастырь. А потом он сказал:

— Завтра я отвезу вас с девочками к заливу.

***

Утро принесло скорбные вести: ночью умер глава клана Асакура, Дайго-сан. Говорили, что у него просто остановилось сердце.

Тэхен завтракал в кругу семьи, когда сосредоточенный Мамору вошел в комнату и, поклонившись, передал эту новость.

На лице Минамото не дрогнул ни один мускул. А вот Дженни, потрясенная, прикрыла ладонью рот и покачала головой. Сохи завертелась на месте, смотря то на отца, то на мать.

Ведь умер дедушка ее жениха!

— Я не могу поверить, – она посмотрела на мужа. — Мне казалось, он проживет еще сотню лет. переживет всех нас.

Мужчина усмехнулся и пожал плечами: и горы порой разрушаются под воздействием времени, что уж говорить о людях.

— Он был уже очень стар, – равнодушно отозвался тот. — Гораздо старше моего отца. Наверное, путешествие далось ему нелегко. Не зря он пропускал все последние собрания бакуфу: писал Сёгуну, что не может покидать поместье из-за болезни.

Он подцепил палочками кусок рыбы и отправил его в рот.

Можно сказать, что своей ложью, своей очередной запутанной интригой Дайго-сан и предопределил свою судьбу. Он сам вложил в уста Минамото нужную легенду: старик, страдающий от неведомой болезни, все же решился отправиться в дальнюю дорогу для встречи с Сёгуном в Камакуре. И, не выдержав всех перипетий в пути, он умер. Вдобавок к проблемам со здоровьем, накануне за ужином он сильно разозлился, когда его старший сын в очередной раз опозорил своего властолюбивого, спесивого, заносчивого отца. И это очень плохо сказалось на его слабом сердце.