Глава 11

Воздух в логове Чонина был спокойным, почти домашним. Феликс читал книгу, развалившись на диване, а Чонин составлял для него новую шахматную задачу, изредка бросая на него взгляд, в котором теплилось странное, почти человеческое умиротворение. Эту идиллию взорвал грубый стук в дверь.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Чанбин. Его лицо было искажено холодной яростью, в руке он сжимал пистолет, а в другой — наручники.

— Всё кончено, ублюдок, — его голос прозвучал низко и опасно. — Встать. Руки за голову. Ты под арестом по всем статьям, которые мы смогли наскрести. Убийства. Похищения. Пытки.

Чонин медленно поднялся. На его лице не было ни страха, ни удивления. Лишь лёгкая бровь, выражавшая скучное раздражение. Феликс вскочил с дивана, его глаза метались между Чанбином и Чонином.

— На каком основании? — спокойно спросил Чонин.

— На основании твоего ебучого почерка! — прошипел Чанбин, делая шаг вперёд. — На основании показаний! На основании того, что ты — психопат, который слишком долго гулял на свободе!

Он уже почти приблизился, собираясь набросить наручники, как вдруг его телефон затрещал оглушительно громко в тишине комнаты. Чанбин рыкнул от злости, но, бросив взгляд на экран, замер. Его лицо сначала вытянулось от неверия, затем покраснело от ярости. Он поднёс трубку к уху.

— Да? — его голос прозвучал хрипло.

Он слушал несколько секунд, его кулаки сжимались и разжимались.
—Что значит, «дело приостановлено»? Что значит, «недостаточно улик»? Вы что, блять, издеваетесь?!

Ещё несколько секунд он слушал, и его взгляд, полный ненависти, упёрся в Чонина. Тот стоял, не двигаясь, но в его глазах уже мелькало не просто любопытство, а настоящий шок. Такого он не просчитывал.

— Понял, — сквозь зубы выдавил Чанбин и бросил телефон на пол так, что стекло треснуло. Он снова посмотрел на Чонина. — Вампир. Кто-то наверху покрывает тебя. Всё чисто. Все дела против тебя — пшик. Недостаточно улик.

Он плюнул на пол перед ногами Чонина.
—Но это не конец. Я за тобой приду. Обязательно.

Чанбин развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.

В комнате повисла гробовая тишина. Чонин стоял неподвижно, его мозг лихорадочно работал. Кто? Почему? Это была не его работа. Не его схема.

— Кто это был? — тихо спросил он у пустой комнаты, но ответа не последовало. Он повернулся к Феликсу. — Ты? Ты что-то сделал?

Феликс, всё ещё бледный от страха, покачал головой.
—Нет. Клянусь.