Глава 14
Машина Минхо резко остановилась у его подъезда. В салоне пахло дорогим парфюмом Джисона и порохом — метафорическим, но оттого не менее ощутимым. Они молча поднялись на лифте. Дверь в квартиру Минхо захлопнулась, и наступила тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Джисона.
Минхо прошёл на кухню, достал из холодильника две банки пива и разогрел в микроволновке остатки вчерашней жареной лапши. Он поставил всё это на низкий столик перед диваном, включил телевизор и нашёл какую-то идиотскую дораму про богатых наследников, которые страдают от любви.
— Ешь, — буркнул он, суя одну банку пива в руку Джисону.
Джисон, всё ещё бледный, с остатками запёкшейся крови под носом, послушно взял пиво. Они ели молча, уставившись в экран, но не видя его. Напряжение медленно спадало, сменяясь странным, уставшим умиротворением. Плечо Джисона касалось плеча Минхо, и ни один из них не отодвигался.
---
Чонин, оставшись один, стоял у своего панорамного окна. На его губах играла лёгкая, почти неуловимая улыбка. Мысль о Джисоне — этом нервном, гиперактивном мальчике, оказавшемся скрытым вулканом власти и расчёта, — вызывала у него не злость, а глубочайшее, почти отеческое восхищение.
— Умный парень, — тихо произнёс он в стекло. — Очень умный. Спрятался у всех на виду. Использовал свою невротичность как камуфляж. И всё это время водил нас за нос, как щенков. — Он покачал головой, и в его глазах вспыхнул огонёк одобрения. — Браво, Джисон. Браво.
---
Тем временем Банчан и Чанбин, используя старые связи и отчаянный, яростный напор, вышли на след. Это был не случайный маньяк. Это был человек из прошлого Чонина. Один из тех, кого он когда-то унизил, сломал или оставил в живых по своей прихоти — бывший поставщик оружия, чью небольшую империю Чонин когда-то разгромил в ходе одного из своих «экспериментов». Мужчина по кличке Гюрза. Он скрывался в заброшенном цеху на окраине города.
Чонин узнал об этом почти мгновенно — его собственная сеть осведомителей сработала быстрее официальной. Его лицо не выразило ничего, кроме холодного интереса. Но внутри всё закипело. Этот червь посмел не просто убить. Он посмел пародировать его. Осквернить его имя.
Он приехал на заброшенный завод один. Банчан и Чанбин, устроив засаду снаружи, видели, как он вошёл внутрь. Они не стали ему мешать. Где-то в глубине души они понимали, что это — единственное правосудие, которое будет действенно для такого существа, как Гюрза.