Глава 27: Там, где заканчивается страх

Дом просыпался тяжело, будто сам сопротивлялся утру. Воздух был густым от запаха старого дерева и дешёвого кофе, что всегда варила Бок Сун, хоть никто её уже не видел.
Се Бек стояла в своей комнате, глядя на серое небо через маленькое окошко которое даже не открывалось, что было бы кстати,  ведь это напреженое чувство спас бы только свежий воздух. За эти недели она привыкла к давящей тишине «Эдема», к взглядам, которые словно раздевали её до костей. Но сегодня эта тишина была иной — настороженной.

Она пришла на кухню, и уже у порога ощутила чужое внимание. Нам Бок сидел за столом и чистил нож. Медленно, методично, будто каждый звук металла о лезвие был для него музыкой.
— Доброе утро, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Утро как утро, — отозвался он, не поднимая глаз. — Просто кто-то до него может не дожить.

Она замерла, а он улыбнулся.
— Шучу, — добавил он, и эта «шутка» прозвучала так, что ей захотелось уйти.

Она прошла мимо, чувствуя, как его взгляд скользит по спине. Руки дрожали. Она не хотела показывать страх — знала, что здесь это слабость. Но ощущение опасности впивалось под кожу.

Мунджо появился через минуту. Он двигался тихо, почти бесшумно, как всегда. Окинул взглядом кухню, задержался на Нам Боке и лишь потом — на ней.
— Ты не ешь, — сказал он.
— Не голодна.
— В «Эдеме» не стоит отказываться от еды. Никогда не знаешь, когда следующая будет безопасной.

Он поставил перед ней кружку с чаем. Тот самый горький, травяной, который она не любила, но всегда пила, потому что отказываться было глупо. Нам Бок усмехнулся.
— Смотри, как заботится. Наш Мунджо прям опекун. Может, и сказку на ночь расскажет?

Мунджо не повернулся.
— Ты слишком много говоришь, Нам Бок. Это делает тебя слабее.

Между ними повисла пауза. Нам Бок отложил нож, но в глазах мелькнуло что-то недоброе. Он больше ничего не сказал, но Се Бек знала — этим всё не закончится.

---

День тянулся вяло. Она пыталась читать, но страницы сливались. Каждый звук в коридоре отзывался в груди тревогой. Вечером, когда солнце скрылось, она услышала тихие шаги за дверью. Сначала решила, что это просто старые доски, но потом — лёгкий щелчок. Замок. Кто-то пытался войти.

Сердце заколотилось. Она схватила первую попавшуюся вещь — металлическую кружку — и замерла у стены. Дверь чуть дрогнула, но не открылась. Потом — тишина.
Прошло, наверное, минут десять, прежде чем раздался стук. Уже другой — знакомый. Тихий, размеренный.
— Это я, — сказал голос за дверью.